Читаем Девиантное царство полностью

Честно говоря, я не понимаю, чем это так отличается, ведь они облегающие. Но неважно.

— Хорошо, ты можешь повернуться.

Он медленно делает, как я говорю, и его глаза вспыхивают жаром, когда находят мое тело.

— Не намного лучше, коротышка.

— Ты заноза в моей заднице, — выплевываю я. — Что у тебя есть для меня? — Спрашиваю я, вспоминая, что он сказал, что что-то было доставлено.

Он поднимает коричневый бумажный пакет, который держит в руке.

— Понятия не имею, но пахнет безумно.

Мои брови хмурятся, когда он подходит ближе.

— Я ничего не заказывала.

— Ну, на нем написано твое имя.

Наши пальцы соприкасаются, когда я беру у него пакет, и мне мгновенно становится очевидно, что, хотя я могу считать его сексуальным, он не тот, от чьего одного невинного прикосновения по моему телу пробегают мурашки и желание. Это был бы некий принц мафии, который просто ушел от меня, оставив меня пылать к нему страстью.

Идиот.

— Единственный человек, который заставит меня кончить в ближайшее время, — это ты.

Я крепко зажмуриваюсь, когда его слова возвращаются ко мне, желание обрушивается на меня с силой десятитонного грузовика.

— Ты в порядке? — Спрашивает Ксандер, и когда я снова открываю глаза, то обнаруживаю, что он смотрит на меня со смесью беспокойства и замешательства.

— Да, — вздыхаю я. — Я в порядке. Спасибо за это. — Мой желудок громко урчит, когда до меня доходит знакомый запах того, что прячется внутри. — И ты прав. Это действительно потрясающе пахнет.

— Я оставлю тебя в покое, — говорит он, делая шаг назад. — Тем не менее, Рэмси, там был хороший бой. Ты действительно держалась молодцом.

— Не-а, — бормочу я, качая головой. — Он был снисходителен ко мне.

— Может быть. Может быть, и нет. Но одно можно сказать наверняка.

— О да, что это? — Спрашиваю я, мое любопытство более чем задето.

— Этот бедняга весь день будет твердым, как гвоздь. Это было до крайности похоже на прелюдию.

Я смеюсь, но это совершенно натянуто.

— Он не единственный, — бормочу я себе под нос.

— Э-э… да… Я собираюсь… — Он показывает большим пальцем через плечо и продолжает пятиться.

Я понятия не имею, чего он от меня ожидает, но он похож на кролика, попавшего в свет фар.

Я не опускаю взгляд на пакет в своей руке, пока за ним не закрывается дверь.

Поднимая его, мои глаза находят этикетку сбоку.

— Ублюдок, — рявкаю я, точно зная, кто заказал мне обед.

Засовываю ноги в кроссовки, закутываюсь в толстовку с капюшоном и засовываю телефон в карман. Захлопнув за собой шкафчик, я направляюсь в маленькую комнату для персонала в задней части спортзала.

К счастью, там пусто.

Мой взгляд падает на мусорное ведро, стоящее на полу в углу, и мои пальцы сжимают пакет в моих руках.

Желание выбросить его и забыть обо всем в пользу лапши в горшочках, которую я прихватила с кухни сегодня утром, прежде чем уйти из дома, очень сильное.

Но потом я снова ощущаю чесночный, сладкий аромат, и у меня слюнки текут.

— Будь ты проклят, Чирилло. Будь ты проклят, отправляйся в ад и возвращайся обратно с твоим милым личиком и чертовски фантастическим членом, — шиплю я себе под нос, беру вилку и раздраженно плюхаюсь на один из стульев.

Раскрыв пакет, я обнаруживаю, что на меня смотрят два моих любимых китайских блюда.

— Почему? Почему тебе нужно быть таким милым? — Бормочу я, ковыряя вилкой лапшу перед собой, мой желудок снова урчит от отчаяния.

Мой телефон звонит в кармане, и мое сердце подпрыгивает к горлу. Я понятия не имею, откуда я знаю, что это он. Но я знаю, что это так.

Не обращая на него внимания, я отправляю вилку в рот и стону, когда вкус попадает мне на язык.

Я должна признать, что это несколько смягчает удар от проигрыша. Хотя он сделал именно то, чего я бы потребовала, если бы все равно победила. Так что, возможно, я действительно победила, но окольным путем. Я просто хотела бы, чтобы он забрал с собой воспоминание о том, как он прижимал меня к мату.

Разочарованно зарычав, я засовываю свободную руку в карман толстовки и вытаскиваю телефон.

— Фу, бесящий придурок, — бормочу я, отправляя в рот очередную порцию еды.

Не в силах остановиться, я начинаю печатать.

Я усмехаюсь, нажимая «Отправить», и вижу, что оно немедленно прочитано.

Накалывая кусок измельченной говядины, я отправляю его в рот, но только для того, чтобы подавиться им через две секунды, когда на моем экране появляется фотография, доказывающая, что мой предыдущий комментарий был верен.