Мое сердце бешено колотится в груди, когда я нажимаю на тормоз в надежде, что он не собирается делать то, чего боится Эмми, но я слишком медлю, и грузовик врезается мне в бок, отправляя меня с дороги в темноту деревьев.

— Черт, — кричит Эмми.

Я кручу руль, отчаянно пытаясь вернуть себе хоть какой-то контроль, но мы едем слишком быстро, чтобы я мог добиться какого-либо эффекта.

— О Боже, — снова кричит она, когда капот опускается и задняя часть машины приподнимается.

Мои инстинкты берут верх, и я тянусь к ней, нуждаясь в том, чтобы она была в безопасности, чтобы защитить ее, но после первого падения я теряю контроль над реальностью, и мир вокруг меня становится еще темнее.

2

ТЕО

— Эмми, — стону я, мои мышцы напрягаются, когда ее пальцы скользят по моему прессу. — Черт возьми, Мегера. Мне нужен твой рот на мне.

— Терпение, босс, — мурлычет она, глядя на меня самыми большими, голодными глазами, которые я когда-либо видел.

Мой член дергается, отчаянно желая освободиться и погрузиться в нуждающееся горло моей жены.

— Черт возьми, да, — рявкаю я, когда она обхватывает пальцами мой ремень и медленно начинает расстегивать его. — Ты убиваешь меня, детка.

Ее губы почти горят, когда она прижимает их к моему животу, осыпая поцелуями углубления на моей упаковке из шести банок пива, ее язык дразнит вдоль линий и прокладывает путь ниже.

Протягивая руку, я запускаю пальцы в ее волосы, пытаясь не давить на нее, но зная, что у меня уже ничего не получается.

— Ты сейчас не главный, Чирилло. Подтолкни меня, и ты ничего не получишь.

— Эмми, — стону я, когда она расстегивает пуговицу.

Она смеется, когда я приподнимаю бедра, чтобы помочь ей натянуть брюки на задницу.

— Нуждающийся маленький солдат, Теодор. Любой бы подумал, что ты уже не трахал меня в душе этим утром, — рычит она, покусывая кожу прямо над моим поясом, прежде чем погрузить язык под него.

— Не могу насытиться тобой, Мегера.

— Знаю это чувство, босс. Пристрастилась к твоему члену.

Блядь, наконец, она стягивает мои брюки и боксеры с бедер, освобождая мой член.

Ее глаза расширяются от восторга, как и каждый раз, когда она видит меня обнаженным и готовым для нее.

Преякулят уже блестит на кончике, и от одной мысли о том, что она слизывает его, мои яйца начинают подтягиваться.

Если она, блядь, не поторопится, я просто взорвусь, как ребенок, смотрящий свое первое порно.

Она медленно облизывает губы, прежде чем впиться зубами в нижнюю, и жадно смотрит на меня.

— Отсоси у меня, Мегера. Я хочу посмотреть, как ты давишься моим членом. Я хочу видеть, как моя сперма покрывает твой язык.

Рычание грохочет глубоко в ее груди от моих грязных слов.

Ее глаза на мгновение поднимаются на мои, прежде чем она наклоняется вперед, становясь на четвереньки, открывая мне великолепный вид на ее задницу в том едва заметном нижнем белье, которое она надела специально для меня.

Черт возьми, моя жена — настоящий огонь.

Ее полные губы раздвигаются, и ее язык выскальзывает наружу, готовый попробовать меня на вкус.

— Да, детка. Да. Да.

Я задыхаюсь, мои глаза распахиваются, когда я сажусь вперед.

Мое сердце колотится, а мой член тверд, как гребаная сталь, но ее здесь нет. Она не стоит передо мной на коленях в одном лишь клочке черного кружева.

— Черт, — выдыхаю я, проводя рукой по лицу и по своей почти недельной щетине.

Но в ту секунду, когда я смотрю на свое реальное окружение, все вокруг меня рушится.

— Эмми, — кричу я, поворачиваясь к пассажирскому сиденью.

Мое сердце уходит в пятки.

Там пусто.

— ЭММИ, — кричу я, отчаянно оглядываясь в темноте в поисках ее.

— ЭММИ!

Мои пальцы нащупывают ремень безопасности, и я расстегиваю его через несколько секунд. К сожалению, с дверью все проходит не так успешно.

— Черт. Черт.

Все мое тело кричит от боли, и я пытаюсь убрать ноги с места для ног и переползти через центральную консоль к пассажирской двери.

Если ее здесь нет, тогда она должна открыться.

Она просто будет там, зовя на помощь.

Пожалуйста. Черт возьми, пожалуйста, пусть она просто зовет на помощь.

Я хочу в это верить, но страх, тяжело сидящий в моем животе, мешает мне позволить себе это.

Этот грузовик. Это не было случайным нападением.

Они хотели этого.

Кем бы они ни были, они намеревались, блядь, столкнуть меня с дороги.

Но почему?

И где, черт возьми, Эмми?

— ЭММИ, — я снова кричу, когда я хлопаю руками по двери, вкладывая в нее весь свой вес, чтобы заставить ее открыться. Но она, блядь, не движется.

Окно разбито, такое же, как и заднее, и я полагаю, что именно так она сбежала.

— Чертов ад.

Мне удается выбраться, не слишком сильно порезав свое тело, но когда я поднимаюсь на ноги, я быстро обнаруживаю, что мои ноги на самом деле не хотят меня держать. Я также обнаружил, что я одинок.

— ЭММИ, — кричу я так громко, как только могу. Но единственное, что я слышу, это мой голос, эхом разносящийся по деревьям, и пара птиц, испуганно хлопающих крыльями.

— ЧЕЕЕРТ, — кричу я, прежде чем упасть кучей на землю.

* * *