Читаем Девиантное царство полностью

— Я искренне надеюсь, что они позволили тебе кого-нибудь застрелить, — добавляет Стелла, заставляя меня фыркнуть от смеха.

— К сожалению, нет. Я оставила это им. Тебе следовало прийти.

Стелла отстраняется от наших объятий и смотрит мне в глаза.

— Кто-то должен был присматривать за Калли, — язвит она.

— Эй, — огрызается Калли, ударяя ее по голове. — Я была в порядке.

— Ты была вне себя.

— Наша подруга была похищена. Мне было позволено волноваться.

— Нам нужно улучшить твое обучение, — поддразнивает Стелла.

— Ладно, хватит препираться, — говорит Пайпер, ее жесткое выражение лица противоречит легкости, которую она придает своему тону. — Что тебе нужно, Эм?

— Ванна, — говорю я, разминая ноющую спину. — А потом сон. И еда.

— Мы тебя прикроем, — говорит Калли, не давая Пайпер возможности пошевелиться и устремляясь на кухню.

— Пойдем, — говорит Стелла, беря меня под руку и подталкивая к лестнице.

— Ты в порядке, малышка? — Папин голос пронзает воздух, когда мы уже на полпути вверх по лестнице.

— У меня есть все, что мне может понадобиться, — говорю я ему с улыбкой, хотя мое сердце болит от осознания того, что это неправда. Кого-то не хватает. И если я буду честна сама с собой, он единственный, кого я хочу видеть рядом с собой прямо сейчас, когда я пытаюсь взять себя в руки.

— Иди, возьми все, что тебе нужно, я включу воду в ванной, — говорит Стелла, как только мы поднимаемся на второй этаж.

Я протискиваюсь в свою спальню с затаенной надеждой, что, возможно, найду его здесь. Я понятия не имею, оставила ли я вообще окно открытым, позволяя ему войти, но мое непостоянное сердце все еще надеется.

Это бессмысленно, потому что вскоре я обнаруживаю, что мое окно наглухо закрыто, а моя комната в точности такая, какой я ее оставила накануне утром. Гребаная зона бедствия.

На моих губах появляется улыбка, я знаю, как сильно ему не понравится, если он все-таки появится. Это гораздо больший беспорядок, чем он мог бы пережить.

Воспоминания о том, как я довела его до безумия за то короткое время, что мы прожили вместе, заполняют мой разум, и по какой-то странной причине меня охватывает страстное желание вернуться к этому.

Было что-то странно приятное в осознании того, как сильно я влияю на него, как глубоко я проникаю ему под кожу.

— Я нашла несколько бутылочек с пеной в шкафу. Мне нравится думать, что они принадлежат твоему отцу, — шутит Стелла. — Все эти мышцы, чернила и пузырьки, — размышляет она.

Потянувшись за подушкой, я запускаю ее через всю комнату в нее, стоящую в дверном проеме.

— С тобой что-то не так, — шиплю я, когда дрожь пробегает по моему телу от образа, который она только что так живо нарисовала для меня. Сука.

— Извини, ты бы предпочла, чтобы я поместила другое тело в твою голову? — Она шевелит бровями. — Держу пари, он выглядел бы чертовски сексуально в окружении невинных пушистых пузырьков. — Она прикусывает нижнюю губу, как будто ей это кажется, и я не могу не последовать ее примеру.

Да, это визуальное изображение, которое мне когда-нибудь понадобится.

— Ладно, хватит, — рявкаю я, вытаскивая голову из канавы.

Я беру пару чистых трусиков и пижаму и прохожу мимо Стеллы в ванную, сбрасывая все это на пол, прежде чем снять с себя одежду, которую дал мне парень.

— Сожги это, — говорю я, протягивая их Стелле, которая, я знаю, стоит у меня за спиной. Ее обеспокоенный взгляд заставляет кожу на моей спине покалывать от осознания этого.

Может, я этого и не хочу, но я также не могу отрицать, что это приятно, успокаивающе.

— Конечно. — Она делает шаг в сторону, но я не позволяю ей уйти далеко.

— Позже. Иди, посиди со мной.

Она стоит рядом, пока я не вхожу в быстро наполняющуюся ванну и почти не растворяюсь в массе пузырьков, прежде чем она присоединяется ко мне и закрывает дверь.

Она колеблется мгновение, переводя взгляд с меня на пол, прежде чем шокировать меня до чертиков и начать стаскивать с себя одежду.

— Что, черт возьми, ты делаешь? — Я ахаю.

— Заткнись и повернись, — требует она, и не проходит и двух секунд, как вода поднимается вокруг меня, когда она присоединяется ко мне. — Откинь голову назад.

Я выполняю приказ и позволяю ей вылить теплую, успокаивающую воду мне на голову, прежде чем она берет мой шампунь и принимается смывать с меня вонь этого места.

Никто из нас не произносит ни слова. В них нет необходимости. Хотя я чувствую все это в глубине своей души. Ее поддержка, ее любовь, ее потребность заботиться обо мне и убедиться, что я выйду из этого целой и невредимой.

Только после того, как она смыла кондиционер с моих темных волос, она говорит мне еще раз обернуться. И в тот момент, когда наши глаза встречаются, мои глаза наполняются раскаленными слезами.

— Я люблю тебя, — произношу я одними губами, нуждаясь в том, чтобы она знала, как сильно я ценю все, что она только что сделала для меня. Как много для меня значит ее поддержка.

Она тянется к моей руке и крепко сжимает.

— Поговори со мной, Эм. Что творится в твоей хорошенькой головке?