Читаем Децима (СИ) полностью

Джастин ушел с вокзальной площади в переулок, сел на первую попавшуюся скамейку. Идти ему было совершенно некуда, никакого плана он не успел составить. От автобусного получасового сна он больше устал, чем отдохнул, и теперь, сытый, совсем не мог думать ни о чем серьезном, хотелось спать, спать и ни о чем не помнить.

Но засыпать на скамейке было нельзя. Джастин знал способы получше, более безопасные. Пошарил в карманах в поисках телефона, под руку попался жесткий рифленый картон визитки. Брайан Кинни, Центральное управление Стражи города Питтсбург Слава Двуединому, не написано, что он Страж округа. Скромность? Или это визитка для простачков вроде Джастина, которые могут и не догадываться, с кем имеют дело?

Рабочий телефон. Домашний адрес. Домашний телефон.

Это он всем такие визитки раздает?

Хотя чего ему бояться. Он тут главный.

Как Дебби сказала? Это мой город? Нет, Дебби, он не твой. А вот его.

Строго говоря, конечно, Стража – не орган власти и никому, кроме Двуединого, не подчиняется. Она существует параллельно с государством — городской совет, полиция, армия, суды, в общем, те, кто руководит нормальной жизнью и нормальными людьми. Забота Стражи — перерожденные. А значит, все сенсы. Вся децима.

Точно так же жандармерия – структура отдельная и от государства, и от Стражи. Насколько Джастин знал, это, скорее, было братство, чем организация.

В некоторых странах в разное время государство пыталось подмять под себя Стражу и Жандармерию, слить их в одну организацию, ничего хорошего из этого не выходило. Хотя Джастин никогда не задавался вопросом — почему. Ему хватало проблем с вопросами более насущными. Рука, которой он держал визитку, начала чесаться, и Джастин с изумлением уставился на покрасневшую кожу. Вот же напасть… Он торопливо затолкал кусочек картона между планками деревянной скамьи, обтер руку об одежду.

Гадость.

Подхватил рюкзак и побрел по переулку прочь от вокзальной площади. Проблемы нужно решать по мере поступления, и прямо сейчас самое важное — выспаться.

====== Часть 3 ======

— Да пребудет Порядок, патрон. Извините, что беспокою в выходной, сообщение.

— Да… пребудет, — Брайан с усилием сглотнул, поморщился на часы. Поспать удалось 4 часа. — Докладывайте.

— Эпидемия в Карнеги. Какая-то инфекция, мы выясняем, объявлен карантин.

— Пострадавшие?

— Четырнадцать человек в больнице, трое в тяжелом состоянии.

— Кого-то взяли? — Брайан дотянулся до бутылки с водой, отпил.

— Да, перерожденных двое.

— В допросную через час, еду.

Майкл перехватил его в вестибюле Управления, такой же помятый и невыспавшийся.

— Да пребудет...

— Здоровались уже, — буркнул Брайан, направляясь к лестнице. — Взять удалось?

— Да, двое.

— Двое?! И ещё Джейсонвилль…

— Там уничтожили при задержании.

— Но это пятеро, Майкл! Пять перерождений за неполные сутки в одном только Питтсбурге!

— Я тоже не понимаю, что происходит, — Майкл начал на ходу набирать номер. — Запрошу статистику, это только у нас такое или везде…

— Хорошо, вернусь с допросов, посмотрю, — Брайан махнул рукой на прощанье и свернул к своему кабинету.

На столе его дожидались стопка личных дел перерожденных этой ночи и стакан кафе. Пять папок. Пятеро за ночь! Если столько случалось за месяц, он считался тяжелым, а тут в одну ночь? Брайан просмотрел дела, пока пил кофе. Ничего примечательного, трое мужчин, две женщины, даты принятия на учет, отчеты инспекторов. Кем работали, где проживали. Как обычно, ничто не предвещало. Брайан не одобрял давно сложившуюся систему инспектирования сенсов, считал её бюрократическим пережитком, потому что регулярные визиты подопечных к инспекторам ни разу не показали приближающегося перерождения или какой-то к ней склонности. Они вообще ничего не показывали, кроме того, что стоящий на учете жив и законопослушен. Единственным плюсом этой системы было то, что некоторые инспектора находили общий язык с подопечными и получали от них какие-то крупицы информации. Но чаще всего ею не удавалось воспользоваться. К Брайану на прошлой неделе приходила директор колледжа искусств, сообщила, что несколько учеников перестали посещать занятия, чего прежде за ними не водилось. Немолодая, за долгие года педагогической и административной работы отточившая умение определять сенсов не хуже стражей, Филиппа Торка знала, что все пропавшие принадлежат дециме, но не знала, стоят ли они на учете. Вот и пришла уточнить, не задержаны ли за уклонение от регистрации, очень талантливые дети, особенно Саймон, виолончелист, такое дарование, она переживает… Брайан уверил её, что за уклонение никого не задерживают, ставят на учет и отпускают. И у драгоценных её подопечных с регистрацией все в порядке, колледжи искусств, как и все прочие околокультурные учреждения под особым надзором Стражи, сенсы очень часто одарены художественно. Филиппа ушла не слишком успокоенная, и если у неё были плохие предчувствия на счет этих своих учеников, то они её не обманули. Личные дела двоих из пропавших лежали теперь на столе Брайана. Это они устроили эпидемию в Карнеги. И Саймон в том числе.