Читаем Дерево-призрак полностью

Позже побеседовать про исчезновение пришел шеф Кристи. Его сын Ван был совсем немного старше девушек. Офицер был таким добрым, ни капельки не страшным, но на те же самые вопросы Карен могла дать лишь те же самые ответы.

Нет, Нэнси не выходила с ней на связь.

Нет, у Нэнси не было парня.

Нет, Нэнси ничего не говорила про побег.

На следующий день в школе все перешептывались у девушки за спиной, и Джек – «Бингли, – вспомнила она. – Точно, Бингли!»

– этот Джек Бингли даже подошел к Карен, когда она доставала из шкафчика учебник по математике для четвертого урока, и сказал, что сожалеет из-за Нэнси. Она даже не предполагала, что парень вообще в курсе, кто такая Нэнси, хотя и догадывалась, что невозможно не заметить, как она на него пялилась.

Спустя два дня тело девушки обнаружили в лесу. Точнее то, что от него осталось. Кто-то разорвал ее на части, будто дикий зверь, оставив лишь одну голову.

«Прямо как этих девочек, – пробормотала Карен. – Точно так же».

В школе объявили траур и отпустили всех с уроков, а на следующий день, вернувшись, все вели себя, как прежде, как будто Нэнси никогда не было.

И тогда Карен про нее забыла.

Нэнси не постепенно пропала из ее памяти. Девушка не горевала и не бросала тоскливые взгляды на пустующее соседнее место на уроках биологии. Ее лучшей подруги не стало, и Карен просто ее забыла.

До этого самого момента она даже не помнила, что Нэнси Батлер вообще существовала.

Как можно забыть столь ужасное происшествие? Не увидь Карен рисунок Дэвида, она бы ничего и не вспомнила.

Что-то в этих образах разбудило в памяти другие, еще более туманные и неуловимые. Что-то про Джо, про ночь, когда он пропал без вести.

Лорен стоит у задней двери дома посреди ночи.

Зачем Лорен может стоять у задней двери посреди ночи? Карен попыталась ухватиться за это воспоминание. Словно пыталась дотянуться до веревочки воздушного шара, уплывающего в чистое небо.

С пола раздался шорох бумаги. Дэвид почти закончил сматывать рулон с рисунками и уже успел аккуратно сложить все мелки в старую коробку от сигар.

– Дэвид, – сказала Карен. Ей хотелось посмотреть на рисунки, пока малыш их не убрал. Он серьезно нарисовал мертвую девочку?

(Это не могла быть Нэнси Батлер. Он никогда не слышал о ней и о событиях тех лет.)

– Что, мамочка? – спросил мальчик, закончив сматывать бумагу. Судя по взгляду, Дэвид все еще блуждал где-то далеко, как случалось всегда, когда он сильно увлекался каким-то делом.

Возможно, он и не помнит, чем занимался. Потом посмотрю на рисунки, когда он уйдет.

– Ничего, милый, – ответила мама, потому что мальчик терпеливо ожидал ответа.

Кто знает, вдруг Дэвид просто в курсе убийства девочек в саду миссис Шнайдер, даже если и не слышал про Нэнси.

(Ты же знаешь наверняка, что ему точно про них известно, помнишь? Он застыл на тротуаре как вкопанный и заявил, что она кричит и там так много крови.)

Ей уже стоит начать переживать о том, что Дэвид видит по телевизору или узнает от сестры? Иногда Лорен смотрела кино у Миранды в гостях и потом пересказывала в присутствии брата: это были фильмы про то, как девочек кромсают на кусочки сумасшедшие маньяки.

(Но такого в его жизни и без кино достаточно. Это происходит здесь, в Смитс Холлоу, каждый год.)

Карен опешила. Откуда взялась эта мысль? Девочки не умирают в Смитс Холлоу каждый год.

На кухню спустилась Лорен. От слез у нее ввалились глаза.

– Как насчет мороженого с фруктами в кафе? – ни с того, ни с сего спросила Карен.

У них не было денег на столь роскошное угощение, но Дэвид так странно себя вел, а Лорен такая печальная, и сама она пребывала в таком шоке, что только мороженое способно было помочь.

Джо всегда так говорил.

Впервые со дня его смерти Карен подумала о муже без обиды.