Особенное значение имела стойка при отыскивании птицы, так как она, будучи поднята, уже не могла быть поймана, подобно зайцу или другому зверю. Каждая собака, охотящаяся на пернатых, находящихся на земле, прежде всего, отыскивает их по оставленным ими следам или определяет место их нахождения непосредственно так называемым верхним чутьем, по запаху, доносящемуся к ней от самой птицы. Затем, когда усилившийся запах дичи укажет на ее близость, собака медленно и осторожно, иногда ползком, подкрадывается к определенному месту, высматривая затаившуюся птицу. Это скрадывание называется ружейными охотниками подводкой. В тот момент, когда собака чутьем или зрением удостоверится в непосредственной близости добычи, она останавливается для того, чтобы разглядеть ее и поймать.

Эта кратковременная задержка, которую можно наблюдать у всякой дворняжки, и есть стойка в первоначальном виде. Для того же, чтобы прыжок был больше, многие собаки, подобно кошкам, при этом приседают, пригибаясь к земле.

Ловцам сетью оставалось воспользоваться этой врожденной способностью собак, укрепить ее и сделать остановку более продолжительной. Это было достигнуто, разумеется, не без труда, путем настойчивого обучения целого ряда поколений. Вероятнее всего, обучение заключалось в том, что собаку вел на длинной сворке третий охотник. Как только она останавливалась и становилось очевидно, что дичь находится у нее под носом, собаку задерживали, ловцы же накрывали ее вместе с птицей. Позднее добились того, что собака не только не шевелилась под сетью и не запутывалась в ней, но и ложилась, плотно прилегая к земле.

А теперь внимание. Вы знали, почему некоторых собак называют легавыми? Я тоже не знал. Но вот!

Из птичьей гончей и подсокольей собаки постепенно вырвалась средневековая лежачая собака, собака, которая ложится на стойке. Название, которое по-русски переводится словом «легавая», от корня «лег, лечь», а по-английски – равнозначащим «setter».

Вот такие новости свалились на мою голову, а я спешу ими поделиться с вами. Посмотрим, что будет дальше.

Эх! Размечтался он тут: и подсоколий, и гончий. Ты смотри, чтобы из тебя чучело не сделали, когда выяснится, что ты такой же охотник, как твоя бывшая подопечная Полина Фотеевна американская певица Мадонна.

VI

Дальше события развивались не просто быстро, а космически стремительно.

«Чудес на свете не бывает, – говорил Иван Савельевич, а потом всегда добавлял: – Шила в мешке не утаишь!» И ведь как точно! Мое шило вылезло в первый же день охоты. А помог ему в такой проворности проливной дождь. То ли мои гримеры денег на качественный грим пожалели, то ли его в природе не существует, но когда я из-под дождя вошел в охотничий домик, все ахнули. Я сначала и не понял, что случилось. Смотрю, все на меня уставились и застыли. И лишь только когда я приблизился к зеркалу, сам чуть сквозь землю не провалился. Все, что художники-портретисты намалевали на моей морде (тут стыдно-то и лицом обзывать), превратилось в грязно-цветные потеки.

Ниже всех отвисла челюсть у моего хозяина. О боже! Каково мне было слышать его первые, выдавленные с трудом слова!

– Вы где этого попугая выловили? – язвительно спросил он, и народ рассмеялся.

Я виновато склонил голову и молча стоял. А что тут скажешь? Ни «ав», ни «у-у» здесь не уместны. Такого позора я еще не испытывал никогда. Кто-то скажет, дескать, ну, а ты-то здесь при чем, люди натворили, а тебе стыдно. Так за людей и стыдно. Я ведь поневоле стал соучастником этого мероприятия.

Заметив мрачное лицо босса, соохотники умолкли.

– Кто мне ответит на вопрос? Где сейчас находится мой Грин? – процедил он.

В избе повисла тишина.

– В общем, так, – сплюнув прямо на пол, стал приказывать Александр Михайлович, – мероприятие отменяется, это чучело упаковать, едем домой, экстренное совещание. Присутствуют начальник службы безопасности, Ольга Семеновна и этот… проходимец доктор.

– Михалыч, – робко переспросил помощник, – а время? Во сколько совеща…

– Ты чего? – взревел шеф. – Не слышал? Экстренное совещание. К нашему приезду домой все должны быть в сборе. Понятно? Этого урода, – он показал на меня, – в мешок! Не мыть, не чистить, не оттирать – пусть расскажут, кто этот цирк устроил. Предупреди: будут врать, вместе с этим «чарли чаплиным» закопаю.

– Начальник службы безопасности в отпуске, он за границей.

– Ну, значит, зам его – Боря!

«Вот тебе и маскарад. Рано радовался. Лучше бы на операционном столе погиб, чем в каком-то мешке. А что? С него станется. Прикажет, и все… Ой-ой-ой! Страшно подумать».

Кто-то грубо схватил меня сзади за шкирку и затолкал в мешок. Хорошо хоть «упаковка» оказалась просторной, да человек, завязывающий горловину, видимо, сжалившись надо мной, прорезал в мешковине несколько отверстий. Спасибо тебе, добрый человек.