Читаем День и ночь, 2011 № 03 (83) полностью

Тайный гербарий

Память беседует с нами на мёртвой латыни.Время куражится, наши эпохи листая.Прах обращается в хлам, в сувениры — святыни.Птица не помнит гнезда, уносимая стаей.Колос не помнит зерна, из которого вырос.Прошлое — сон. И его не поймаешь с поличным.Память хрупка и прозрачна, как древний папирус,Хоть долговечна, как он, и, как он, символична.Память жестока и так своенравна. Но в пареС ней — ускользающей, тающей и бесполезной —Я собираю упрямо в свой тайный гербарийЗёрна, колосья и птиц, что забылись над бездной.
* * *
У женщин должны быть дети и длинные волосыБывают, конечно, с короткими волосами.Бывает даже, что вроде бы им идёт.Но ведь короткие, согласитесь сами,Это же вызов. А длинные — наоборот.С детьми сложнее. Бывает, не вышли дети.Их просто так не найдёшь, не купишь за деньги.А надо платить всегда намного дороже —Жизнью другой. И собою другою тоже.Мир больше не бьётся на чёрно-белые полосы.Становится проще. Или наоборот.У женщин должны быть дети и длинные волосы.Можете спорить. Но с верой не спорят. Вот.

Сомнамбула

Сомнамбула, спящий пророк,Босыми ступнями по полу,Крещенский не чувствуя холод,Шагаешь в назначенный срокНавстречу светилу. Очнись!Твои небеса под запретом!Ты тянешься вверх и при этомБезудержно падаешь вниз.Полёт твой не больше, чем сон.Его траекторию зная,Шумит голубиная стая,Испуганно взмыв под балкон.Но шаг безвозвратный вовнеТы сделал — во сне, наяву ли —И голуби шеи свернули,Теряя твой след на Луне.
* * *
Когда темно в душе поэта,Как тень, черны его стихи.В них нет ни запаха, ни цвета,Они пустынны и глухи.И, многократно отражаясь,В них черноточат злость и страх.Земля холодная, чужаяГлядит на нас в его стихах.Лишаясь музыки и света,Всё гибнет, прикоснувшись к ней.И тёмная душа поэтаЧем одаренней, тем страшней.
* * *
Душа, как нищенка, нагая,Решила помогать другим,Поскольку проще, помогая,Себя не чувствовать нагим.Любви разбрасывая семя,Она рассказывала всем,Как просто, став любимой всеми,Себя не чувствовать совсем…
Из цикла «Графоманки»
Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия