Читаем День и ночь, 2011 № 03 (83) полностью

Стихи Олега Вулфа рассчитаны на погружение в определённую атмосферу, более важную, чем формально-логическая выстроенность: трудноуловимый поток звуково-ассоциативных связей ведёт через кочки и зияния смысла.

Узкую песню тянут, что было сил зажмурясь, сжав кулаки, из ртов.Керосиновый луч подними, освети их лица истцов.Песней обнесена на свету оса. Свинчена в ось пыльца,спасена, к вечеру лишь осыплется.

Зыбкими ассоциативными связями пронизана и подборка Гедалия Спинадель, где преобладают в основном верлибры, пронизанные генетическим ощущением рода:

Ковш экскаваторас налипшею землёйДевчонка тонкаяБегущая в метро по переходуЦерквушка жёлтаяЧья колокольня высокоСвой крест несётСреди желтеющей листвы и голых веток —Родня моя в пространстве утра

Следом идёт поэтическая проза Маргариты Меклиной «Совы Вейвея» об уничтожении выставки художника-авангардиста в Шанхае, предваряемая авторским предисловием. В разделе «Verba poetica» читатель найдёт небезынтересную статью Владимира Гандельсмана о Софии Парнок. Там же — мудрая и точная статья Елены Игнатовой «Кто мы? Ленинградский андерграунд семидесятых», написанная почти тридцать лет назад и напечатанная в самиздатовском журнале «Обводный канал». Вопросы, затрагиваемые в статье, гораздо шире названия — о литературе вообще, связи её с традицией, конформизме и нонконформизме. О поэзии самой Елены Игнатовой дельно и проникновенно пишет русский поэт, живущий в Иерусалиме, Анатолий Добрович; в разделе «Новые книги» опубликована и рецензия Евгения Абдуллаева на книгу Игоря Меламеда «Воздание». «In memoriam» посвящён памяти Анны Яблонской — драматурга, поэта, автора «Интерпоэзии», погибшей при теракте в аэропорту Домодедово 24 января 2011. О ней вспоминает Виталий Науменко, а Виктор Ивашв посвятил памяти Яблонской стихотворение — на удивление художественно состоятельное и не тянущее на альбомное, что нехарактерно для посвящений.

Говоришь объедающий голодговоришь что всё просчитали енота ожоговой трогаяиз плоящейся раны достали на древо с его карусельюкалендарик дарёный глядитнад сушёною ссученой ельютой что буквой засохшей кроит[…]

Также в журнале опубликованы переводы Дана Пагиса (классика современной ивритской поэзии, 1930–1986) Александром Барашем и новый перевод с английского Владимиром Ермолаевым поэмы Томаса Элиота «Полые люди».

ДиН дебют

Юлия Балабанова[69]

Забылись над бездной

Замри… Смотри: твоя рука застыла на гитарной глади.Не убирай её пока… Хочу попробовать в тетрадиЕё нарисовать… Вот так. Нет, не смотри!.. смотри на руку,Под кожей движется по кругу, пульсируя гитаре в такт,Живая жгучая волна… Смотри: рука твоя бледна,И по рисунку вздутых жил я разгадаю, как ты жил,Как бил ладонью по стеклу, пытаясь достучаться внутрь,И как на пепелищах утр руками разгребал золу.Как сжать в кулак ладонь пришлось… Но в тонких пальцахнежным токомТа дрожь, когда ты ненароком дотронулся моих волос…И как она на гриф гитарный легла, молчанью вопреки.Замри… Не убирай руки…
Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия