Читаем День Десантника полностью

– Проходи, боевой брат! Все уже в сборе…

Вот уж кто точно соответствует эмблеме десантного подразделения «Гризли» Экспедиционного Космоотряда Земной Федерации. Два метра ростом, косая сажень в плечах, густая курчавая поросль в распахнутом вороте рубашки. Медвежья сила, и такая же хитрость. И проворство, когда того требует обстановка.

Фугас, не обладавший богатырским сложением, которое, впрочем, и не входит в число основных доблестей специалиста по взрывному делу, слегка завидовал бывшему командиру. Его масштабности и монументальности, железному характеру и несгибаемой воле. Прямо памятник Космодесанту, а не человек!

Чувствуя на плече тяжёлую руку отставного капитана, прошёл в комнату, а там и остальные: Оборотень со Звёздочкой. Сидят за столом, улыбаются. Весёлому настроению способствует початая бутылка «Гончих псов». Пять лет минуло с событий на Итанге, но каждый год в этот день – День Космического десантника – они собираются у Большого. И пьют за товарищей – живых и мёртвых.

И год от года замечал Фугас, как меняются бывшие однополчане.

Оборотень, получивший свой псевдо за выдающиеся способности разведчика, щеголял в шикарном костюме, стоимостью в пенсионное пособие десантника за все прошедшие пять лет. Он один, пожалуй, вспоминал былое без особой ностальгии. Ну да, было время, лазал по горам Сва-О-Кнуги, планеты холодной и недружелюбной, со столь же негостеприимным местным населением. Приобщал аборигенов к цивилизации.

Выполнял подобные миссии и на Пагаре, хотя там приходилось больше летать. И в Жемчужном Гроте, и в дюжине других мест. Таскал на плечах то импульсный разрядник, то штурмовую винтовку. На Итанге, вон, шнырял по камышам, или как их там правильно называют, с термогенератором наперевес. Что делать, чёртовых кузнечиков легче было именно палить вместе с их хитрыми норами и ходами. Надо было, и он палил. Выполнял приказ. Да, в прошлом всё…

Службу Оборотень покинул раньше других, в мирной жизни – судя по костюмам, в которых являлся на встречи, – устроился неплохо. И потому сидел он в кресле вальяжно и улыбался, как на рекламе зубной пасты – во все тридцать два зуба.

А вот Звёздочка постарела. Как-то сразу – Фугас заметил это в первую же встречу после годовой разлуки – из отчаянной девчонки, сорвиголовы и задиры (даром что считалась специалистом по гиперсвязи) превратилась в усталую, средних лет женщину. Пожившую и повидавшую в этой жизни всякого. И с каждой новой встречей накапливалась в ней эта неясная усталость, будто проскочив пору цветения, вошла наша Звёздочка сразу в фазу увядания.

И всегда напивалась вдрызг.

Да что говорить, если даже веселье Большого год от года становилось всё натужнее. Может, кто другой и не заметил бы – объятья командира всё так же крепки, и голос трубит по-прежнему победно. Может, остальные члены пятёрки делают вид, что не замечают изменений, но Фугас, для которого бывший командир был кумиром, символом силы и всепобеждающей воли землян, ошибиться не мог. Поселилась в глазах кумира тоска и с годами не таяла, а лишь усиливалась.

И уж совсем нечего сказать о самом Фугасе. Подрывник на гражданке, где технологии давным-давно позволяли отказаться от всего, даже отдалённо напоминающего взрыв. Что тут можно сказать? Работа с бытовыми электронными схемами в маленькой мастерской, грошовая пенсия – тьфу! Пропади оно всё пропадом!..

Он отправился на празднование прямо с работы, как был. Перебросил сумку для инструментов через плечо, намотал на шею белоснежный шарф Космоотряда. Без шарфа сегодня никак – день такой. Только заскочил в бар самообслуживания за бутылкой чего покрепче – «Гончих Псов» или «Пленника Ганимеда». Именно такие напитки предпочитали «гризли».

В полумраке заведения ярко светился огромный – в полстены – голоэкран. Диктор вещал о праздновании Дня Космического десантника. Крупным планом проплывали картинки укрощённых миров: бесконечные трясины Пагара, скалистая, заледенелая Сва-О-Кнуги, бескрайние пески Терреры. И везде – мощная фигура бойца Космодесанта. В термозащите или универсальном скафандре, на броне транспортёра или на боевой платформе, с импульсным разрядником или штурм-ганом в руках.

Обитаемые миры Галактического содружества под надёжной защитой. И в пределах Земной Федерации будут процветать мир и благоденствие, пока службу несут эти парни, сделанные, наверное, из титанового сплава!

Слава! Слава! Слава!

Фугас вывернул карманы. Получилось еле-еле на две бутылки «Ганимеда» – все его сбережения. Ну и плевать, сегодня день такой.

В углу приметил троих «гризли». Те же белые шарфы, один прицепил на левое плечо серебряный эполет – знак офицерского состава. Сидят, пьют, изредка обмениваясь короткими репликами. Фугас подошёл.

– С праздником, братья, – проговорил негромко и выставил на стол одну бутылку. – Храни Большой Медведь своих сыновей.

– Храни живых и мёртвых, – откликнулся тот, что с эполетом. И протянул стопку «Гончих Псов». – И тебя с праздником, брат. Присядешь?

– Нет, спешу к своим.