Читаем Демон полностью

Пенни встал, чуть отступя от открытой двери. Ожидая. Что он при этом чувствовал? Тревогу, но, в общем, не очень дергался. Сердце немного постукивало, но какого черта. По крайней мере, холодный пот уже не капал, а во рту не так сохло, как еще несколько минут назад. Шаги были уже совсем рядом. Сунув «Браунинг» подмышку, он вытер влажную правую ладонь о бедро, потом снова сжал пистолет.

С лестницы донеслось:

— Черномазый, вали обратно, дурак! — Этот призыв остался без внимания. Через мгновение в комнату ворвался невысокий мускулистый парень — тот, на котором Пенни прошлый раз видел красный кожаный берет. Он держал в руке пистолетик 22 калибра. Пенни перебросил свой «Браунинг» рукояткой вперед и зашел ему за спину, Морин заорала:

— Эммет, берегись! — парень начал поворачиваться, и Пенни ударил его рукояткой в правый висок. Не сильно, но хватило. Эммет рухнул на пол и, опираясь на руки и колени, стал растерянно трясти головой.

Пенни поднял его пистолетик, сунул себе за пояс и сказал:

— Катись туда, к Морин. — Эммет злобно смотрел на него снизу вверх и не двигался. Пенни все это хамство надоело, и он пнул его в задницу — парень растянулся на полу. — Шевелись, — приказал он, — а то проделаю тебе новую дырку. — Черный повернул голову и опять уставился на него. Сейчас он увидел в глазах Пенни что-то такое, что заставило его отвернуться. И поползти к Морин.

— Эммет! Эммет! — С лестницы звал шепелявый. Тот, кто держал под дулом «Люгера» жену Мейера Уэкслера.

Пенни попятился опять почти до самой двери и прокричал:

— Эммет отдыхает. Он лежит на полу рядом с Морин. — Взглянув на Эммета, Пенни спросил, как зовут шепелявого. Эммет, сидя обнимавший свою беременную подружку, головы не поднял. Но ответил:

— Его имя Марвелл.

Снова напомнила о себе лестница.

— Эй, белый человек, я убью эту женщину, если не отдашь бумажки.

Пенни вздохнул.

— Марвелл, слушай внимательно. Если она умрет, умрешь ты.

Молчание.

— Расслышал, Марвелл? Я сказал, если она умрет, умрешь ты. Это не угроза, Марвелл, а мое обещание тебе.

Что-то прохрипел Уэкслер, тщетно пытавшийся заговорить. Пенни помотал головой и приложил палец к губам -знак молчать. Некогда было выслушивать чье-то мнение.

— Эй, Марвелл, — продолжал Пенни, — давай разберемся, пока не появилась группа захвата.

Молчание.

— О чем это ты — группа захвата?

— Их сорок-пятьдесят мужиков, они с ружьями, оглушающими гранатами и в пуленепробиваемых жилетах. С ними лучше не связываться, Марвелл. Ты представляешь, как они раздавят нахального уличного мальчишку, а?

— Но я держу суку, Джек.

— А у меня трое твоих людей, Марвелл. И время быстро кончается. Договариваемся или нет?

Марвелл озлился — про тебя же говорили, ты нюня; и Пенни улыбнулся: говнюку явно не нравилось развитие событий.

— Не верь всему, что ты слышишь, — ответил Пенни. — И передай это тем, кто тебя нанял.

— Ну и что ты надумал? Я тебе одно скажу. В тюрьму я не хочу.

Пенни сказал — я надумал, что ты отдашь мне миссис Уэкслер, а я отпускаю вас четверых, и не думай слишком долго. Марвелл спросил, как это будем делать, и Пенни пояснил — я проявлю свою добрую волю и выпущу Эммета с Уильямом. Потом ты и я будем меняться женщинами. Морин за миссис Уэкслер. Да или нет. Марвелл ответил — окей, окей, но не пытайся меня уделать, как уделал Уильяма и Эммета, потому что мой ствол еще при мне, ясно? Пенни весь напрягся, вспомнив Сан-Августин, вспомнив, что когда не ждешь, тогда самое плохое и случается. Он имеет дело всего лишь с мужчиной-ребенком, но этот мужчина-ребенок вооружен и взял заложницу. Пенни сделал глубокий вдох и постарался, чтобы его голос звучал уверенно — увереннее, чем он чувствовал себя.

— Мне нужна миссис Уэкслер, больше ничего. Можешь взять Уильяма, — сказал он Эммету, — и вытащить его в коридор. — Эммет, все так же обнимавший плачущую Морин, поднял на него глаза. — Если я уйду, она уйдет со мной. — Правил в нашей работе нет, говорил ему Ники Макс. — Пенни нахмурился. — Эммет, слушай меня, потому что я объясню только один раз. Если ты не сделаешь в точность, как я скажу, я займусь Морин. Для начала заставлю раздеться. Догола. Потом буду развлекаться с твоей женщиной, а ты будешь смотреть. Нравится?

Морин с воплем уткнулась Эммету в плечо. Тот крепче обнял ее, стал гладить волосы. Но смотрел Эммет на Пенни, и многое читалось в этом взгляде — боязнь за девушку, желание убить Пенни, страх оттого, что он во что-то лишнее впутался. Когда он заговорил, голос его был едва слышен.

— Ладно. Я сделаю, как скажешь. — Пенни кивнул.

— Чем скорее начнешь, тем скорее ты и Морин уйдете отсюда.

Эммет с трудом оторвался от Морин, встал и направился к Уильяму. Два шага — и вдруг он остановился, уставившись на Пенни, а тот сказал:

— Даже не думай об этом. Думай только о Морин. — Эммет отвернулся от Пенни, который вместе с Мейером Уэкслером смотрел в молчании, как он поднимает с пола Уильяма. Кровь из порезанной руки Уильяма, лужами темневшая на полу, теперь капала Эммету на предплечья — он медленно пересекал гостиную. Пенни подумал: Уильям не тяжелый, вы же с ним братья.