Глаза Демона темнеют, а губы сжимаются в полоску. Он смотрит на меня, но в его взгляде проскальзывает непонятная злоба.

Он сжимает кулаки и оборачивается.

– Я больше не гоняю.

– Да брось, ставлю тысячу.

На мотоциклисте кожаная экипировка, по которой стекают капельки дождя. В руках он держит черный шлем и перчатки. Грубые черты лица, карие глаза, взъерошенные волосы – отчего-то мне кажется, что с ним неприятно иметь дело. Парень излучает хорошо замаскированную агрессию по отношению к Кингу, и Кинг отвечает ему тем же. Кажется, они вот-вот сцепятся. Кулаки Адама белеют. Птица на его запястье раскрывает крылья.

– Ты знаешь, что мне нужно, Рик, – рычит Адам.

В ответ парень ухмыляется и проводит рукой по мокрым волосам. Я замечаю, что они чем-то схожи. Не внешне, нет, внутри: их взгляд наполнен гневом, улыбка острее лезвия. Как будто два демона встретились лицом к лицу. От этой встречи холодок пробегает по телу.

– Хорошо, – кивает Рик, – я отдам то, что тебе нужно, если ты победишь.

Адам протягивает руку в знак уговора, и тот поспешно ее пожимает.

– Но если проиграешь, – ядовитый взгляд Рика заставляет меня вжаться в сиденье, – я забираю твою кареглазую куколку.

Я еле сдерживаюсь, чтобы не выплюнуть ему в лицо весь свой матерный словарный запас и не послать его к черту, как вдруг Адам отвечает:

– Согласен.

Его слова словно ножом проходятся по сердцу. Адам Кинг спорит на меня в каких-то гонках! Демон даже не удосуживается взглянуть мне в глаза, садится на байк и надевает шлем, а довольный Рик подмигивает мне, отчего к горлу подступает тошнота.

Танцовщица подзывает парней к старту.

«Я и есть монстр», – вспоминаю слова Адама, и меня пробирает дрожь.

Только ненормальный может согласиться на такую ставку. Мотылек все-таки обжигает крылья. Мне становится чертовски паршиво от выходки Адама. В этом поступке кроется все его отношение ко мне, и я чувствую себя обманутой и униженной.

Дождь усиливается.

Девушка дает старт. Адам поворачивает голову в мою сторону, но я не вижу его глаз за визором шлема. Площадку оглушает рев мотоциклов, и, как только девушка опускает руки, гонщики срываются с места и пулей летят вперед.

Не хочу на это смотреть! Как можно было так хладнокровно поступить со мной?

«А чего ты ждала от Демона!» – кричит голос в голове.

Я вылетаю из машины и пытаюсь пробраться сквозь толпу людей. Нужно поехать домой как можно скорее. Если Адам проиграет, меня ждут серьезные неприятности. Горло сдавливает обида. Я моментально промокаю под дождем, волосы липнут к лицу, одежда становится тяжелее от сырости. Меня душат предательские слезы, и приходится опустить голову вниз, чтобы не привлекать внимания. Я бегу прочь от голоса ведущего и восторженных криков. Преданная и обескураженная, я всхлипываю, смахивая с лица то ли капли дождя, то ли собственные слезы. Выхожу на пустую дорогу в надежде встретить попутку, но в темноте нет ни одной пары святящихся фар, а позади уже доносятся звуки подъезжающего байка.

Если Рик пришел забрать свой приз, лучше мне кинуться под машину, чем попасть в его отвратительные руки! Но вместо напыщенного ублюдка я слышу голос другого, не менее гнилого человека:

– Садись, – грозно приказывает Адам.

Мне так хочется повернуться и плюнуть ему в лицо! Но я иду вдоль трассы, а он медленно следует за мной на мотоцикле. Даже если мне хватит дерзости сделать это, убежать от Демона не получится.

– Эми, – шипит Кинг, – не зли меня.

– А то что? Поставишь меня на кон в карты?

Тело Адама напрягается, и он стискивает зубы.

– Надеюсь, вещь, которую ты выиграл, стоит того, – говорю я, чувствуя, как слезы снова накатывают на глаза, и отворачиваюсь.

Вдали виднеется машина.

– У него нет того, что мне нужно.

– В этом весь ты! – кричу я. – Ты все рушишь, Адам! Тебе никто не нужен, кроме самого себя. Не знаю, почему ты ко мне прицепился, видимо, таскаешься за мной из благодарности, что я не дала тебя посадить!

– Не неси чепухи! – растерянно отвечает Кинг.

Машина приближается, и я подаю сигнал рукой, чтобы она остановилась. Через пару секунд передо мной тормозит старенький Форд.

– Вам чем-то помочь? – спрашивает пожилой водитель.

– Вали отсюда, – огрызается на него Адам.

Я запрыгиваю в салон, не обращая внимания на протесты Кинга и его уговоры. Не действуют на меня и его угрозы.

Адам и так сделал самое худшее – предал меня.

– Эми! – кричит парень, когда машина трогается с места.

Мне хочется сохранить остатки гордости, хотя бы в глазах незнакомца за рулем. Собираю все силы, чтобы не посмотреть в зеркало заднего вида, в то время как слезы катятся из глаз, обжигая щеки. Ослепительная молния разрезает небо, и слышится оглушительный треск, сопровождающийся сильным ливнем.

– Отвезите меня, пожалуйста, в город, – дрожащим голосом прошу я.

Пожилой мужчина только кивает и прибавляет газу.

Глава 25

Индульгенция