Глава 15

Скорость

Весь день я обдумываю различные способы убийства Адама Кинга. Не могу рассуждать ни о чем другом, кроме его уничтожения. Как назло, он не появляется в университете: его нет ни в столовой, ни на занятии по философии. Кинг будто растворился, предчувствуя свой страшный конец.

Я отдаю мистеру Блэку статью, и он, не читая, говорит:

– Очень хорошо. Ну как впечатления от работы журналистом?

– Вы были правы. Возможно, мне стоит задуматься о писательстве.

На его лице появляется легкая улыбка, кажется, он доволен тем, что я согласилась с его мнением. Мистер Блэк откидывается на спинку стула и откладывает мою работу на стол.

– Журналистика требует жесткого подхода, но я не увидел в вас жесткости, мисс Грин. Вы решаете проблемы дипломатическим путем и часто не в свою пользу.

Мне хочется возразить, ведь он ничего обо мне не знает. Я не конфликтую не потому, что у меня такой характер, а потому что я совершенно одна, и заступиться за меня некому.

– Эми, – он указывает на меня пальцем, – почему вы соврали тогда на парковке? Думаете, я не наслышан об Адаме Кинге и его выходках?

Мне нечего ответить. Да, я решила взять вину на себя, ведь прекрасно понимала, что Адама не накажут, а он в свою очередь начнет сильнее меня изводить. Вместо того, чтобы бросить ему вызов, я замяла конфликт.

Видимо, мистер Блэк догадывался об этом с самого начала и потому захотел проверить меня, дав такое сложное для первокурсницы задание.

– Возможно, вы правы, – говорю я, опуская взгляд.

– Вам есть, чему поучиться у этого сорванца. Несмотря на все его выходки, он волен делать то, что ему хочется. В нем есть стержень.

В глубине души я с ним не согласна, но решаю не спорить и прощаюсь, отчего мистер Блэк вновь убеждается в мягкости моего характера.

Я ухожу, отмечая возникновение странного чувства. Рядом с Адамом во мне появляется тот стержень, о котором говорит преподаватель, но страх все равно берет верх над желанием измениться. Я прогибаюсь под любыми проблемами, бегу от них, когда нужно упрямо смотреть им в глаза.

Я выхожу на парковку и внезапно замечаю счастливое лицо Адама. Он стоит возле своей машины, опершись о нее задом, и попивает пиво. При виде меня на его лице появляется злорадная ухмылка.

Каторга продолжается.

Хочется подойти и врезать ему по довольной физиономии за то, что он рассорил меня с Томом. Я собираю всю волю в кулак, чтобы хорошенечко ему вмазать. С каждым шагом набираюсь решимости, готовясь к удару.

– Что с твоим лицом, Эмили? – Чеширская улыбка обескураживает, а сердце начинает предательски биться как сумасшедшее. – Живот болит? – Адам изображает беспокойство, но его хитрые глаза не врут: он все знает.

– Ты… – Во мне вспыхивает злость. – Ты придурок!

– И это все, что ты придумала за целый день?

Щеки краснеют, уши горят, но мне не хватает храбрости высказаться. Его смеющийся взгляд смущает меня и заставляет прикусить язык.

Парень цокает и покачивает головой, наслаждаясь моей слабостью. В этот момент я понимаю, что он и вправду настоящий энергетический вампир, питающийся эмоциями. Именно по этой причине он не оставит меня в покое, пока не выпьет мою кровь до последней капли.

Адам протягивает ключи, и я резко выхватываю их из его пальцев. Моя злость его забавляет. Он довольно улыбается и садится на переднее сидение, а я – за руль. Появляется огромное желание разбить его машину, поцарапать ее, чтобы на его лице снова появилась ненависть, а улыбка исчезла.

– Смотри, там твой дружок, – присвистывает Адам, показывая на Тома, стоящего около своего джипа.

Я благодарю Бога за то, что Том разговаривает по телефону и не замечает нас. Не хочу делать ему еще больнее.

– Даже не попрощаешься с ним? – театрально ахает Демон. – Вот это у вас дружба!

– Адам, – рычу я, сжимая руль крепче, – если бы не этот спор, я не сидела бы здесь. Через неделю у тебя не будет повода меня терроризировать.

– Смотря как ты будешь себя вести.

В его взгляде проскальзывает нечто необъяснимое, неуловимое. То, о чем знает только он, его демонический характер. Он включает магнитолу, и на всю громкость начинает орать тяжелая музыка. Я тщетно пытаюсь зажать уши и перекричать нечеловеческие крики. Тянусь к магнитоле, но Адам перехватывает мое запястье, смеясь и мотая головой как рок-музыкант.

Сколько моих нервных клеток убил этот парень за последние пару дней? Не сосчитать. Я вырываю руку и делаю тише.

– Ты невыносим! – жалуюсь я, но чувствую предательскую улыбку.

Его безумие заразительно. Я ловлю себя на мысли, что в глубине души восхищаюсь им. Мистер Блэк прав: несмотря на скверный характер, Адам волен проявлять свои эмоции. Когда он зол, он рвет и мечет, когда его что-то бесит, он готов уничтожить любого, кто попадется ему на пути. Когда у него хорошее настроение, он делится им, как умеет. Он говорит то, что думает. Иногда это бесит, иногда вводит в ступор, но в нем нет лицемерия, какое я чувствую рядом с другими людьми. Даже Джулия не до конца открыта мне.