Читаем Дехраит (СИ) полностью

Айко встал, поставил обе руки на комод, уставился в стену и стал раскачиваться взад и вперед. При этом крышка комода начала трескаться под его пальцами и тлеть.

— Айк.

— Не обращайся ко мне сейчас, иначе я за себя не отвечаю.

— Прости. Айк…

Он всегда был очень спокоен и насмешлив. Сейчас я видела его совершенно другим. Но я понимала, что он полюбил впервые в этой жизни. И сразу же в такой подарочек, как я. Конечно, та лавина чувств, которая его захватила, идущая в обязательном комплекте с любовью и поцелуями, застала его врасплох. Он не очень хорошо справлялся.

Я подошла к нему сзади и обняла со спины.

— Это был последний раз. Я тебе обещаю.

Он так резко развернулся и подхватил меня, что я вскрикнула от неожиданности. Айк не шутил. Он сорвал с меня полотенце и буквально пригвоздил к этой стене. В первый момент мне даже было немного больно.

— Айк, ты не…

Он закрыл рот мне поцелуем и продолжал двигаться, а я уже через два движения была готова стонать от удовольствия и плавиться в его руках.

Когда Айко, наконец, выпустил меня и отправился в душ, с сожалением приняв мой отказ идти с ним, я лежала на кровати совершенно обессиленная. Колени тряслись, тело дрожало, а лицо странно покалывало, но я была счастлива.

Быстро вернувшийся Айк привлек меня и заставил лечь ему на плечо. Я с удовольствием лежала на его гладкой коже и гладила все кубики его живота.

— Прекрати, ты сама просила меня остановиться.

— Как Лиси и Джей?

— С ними Арника, а ещё Элла и Айла. Когда вы исчезли, эти девочки тоже ужасно расстроились. Я не знаю, будешь ты против или нет, но они решили поселиться на Тиакаоне.

— Что?

— Итхероты свободные создания, они просто приплыли по воздуху со своими вещами в каких-то котомках и сказали, что теперь поселятся здесь на корабле с собаками. Я был в таком состоянии, что не стал ничего возражать.

Я засмеялась.

— Это прекрасные новости! Они всегда лечат мою душу.

— Да, только они бестактные, постоянно трещат и всё комментируют. А ещё очень много едят, ты их всех не прокормишь.

— Тогда придётся поставить ещё одного робота на кухне.

— Кстати, они мне готовили и закармливали своими оладьями. Но их было столько, что большую часть приходилось втайне сбагривать собакам.

Я разразилась громким смехом, а потом стала рассматривать браслет архонта на его левой руке.

— Не жалеешь, что отдала мне?

— Ни разу.

— Ты поэтому отдавала? Знала, что не вернешься?

Я промолчала. Он был прав, так зачем отвечать.

— Сейчас думаю об этом и опять начинаю сердиться. — Выдал Айк.

— Так ты меня ещё не простил?

— Простил? Думаешь, что я простил тебя?

— Нет, ну а что ты считаешь мы должны были делать? Ведь сейчас проблема решена! А иначе? Сколько ещё планет уничтожили бы ахви?

— Дэй, пожалуйста, не нужно сейчас заливать это всё мне в уши. Как стратег понимаю. У тебя был шанс. И ты его использовала. Но строить свою стратегию на пророчествах полубезумного, неадекватного и капризного оракула. Это могла сделать только женщина.

— Женщина? Ах ты чертов сексист! — Я легко пнула его под ребро. — А что бы ты сделал? Пригнал бы армию? Да он бы никогда не явился сюда, да ещё — убил бы Нэйт.

Айко закатил глаза:

— Все получилось только благодаря нелепейшему, но счастливому стечению обстоятельств. Это не чистая победа и расчет.

— Планы, построенные на чистом расчёте всегда идут через задницу. Постарайся это усвоить, генерал.

— Давай мы с тобой не будем начинать ругаться.

Я засмеялась.

— По-моему для нас это будет слишком сложно. Мы оба привыкли руководить, и у нас с тобой порой бывают разные точки зрения на проблему. Как же нам с тобой не ругаться?

— А вот так… — он закрыл мне рот поцелуем, а потом нежно спустился к моей шее, исследуя её жадными горячими поцелуями.

Мне нравилось то, каким большим он был. Вот так, когда был сверху, он закрывал от меня весь мир. Я не видела больше ничего, кроме него, и не хотела видеть. Я и хотела, чтобы он был моим миром. Но к сожалению, какое-то дурацкое чувство долга постоянно выдирало меня из этого сладкого и безопасного дома. Глядя на Айко, я никогда не думала о том, насколько властным и жёстким любовником он может быть. Всё время, пока я его знала, он был милым, беззаботным, довольно много шутил, и удивительным образом, командовал своими десантными войсками вполне спокойно.

Он не был известен своей жёсткостью. Только решительностью. Он никогда ни на ком не срывался, но его харизма была такой, что подчиненные с радостью неслись исполнять его приказ. Ни один его план не подвергался серьёзной критике. Хотя что говорить: его операции действительно всегда были безупречны, рассчитанные с математической точностью.

— Эй, — он обратился ко мне. — Где ты витаешь?

— Я думаю о тебе!

— Ты думаешь обо мне, пока я занимаюсь с тобой любовью? Ты выглядишь так, будто витаешь в облаках.

— Прости. — На это лишь Айк засмеялся. — Ничего, я уже привык, что ты периодически зависаешь.

— Да, как старый компьютер.

— Тогда мне не стоит слишком сильно тебя расслаблять.