— Ты сможешь вернуть атмосферу, если у тебя будут ключи. Но ключи — и есть регалии правителя. Хранительница вернёт тебе их только после выполнения всех ваших законов.

Внезапно на нашей сцене началось оживление. Толпа зашевелилась и начала расступаться. В полуметре от земли парила она, полупрозрачная, в развевающихся одеждах. Верховная жрица эрнанидригов — Лин-Райна. Она умирала. Она уже почти была воздухом и еле перемещалась. Я знала её очень хорошо, ведь именно она говорила, насколько я способна. Она продвигала меня вперед, она выдала мне своя знания, я была её любимицей.

Глава 31

Сейчас она смотрела на меня с такой злобой и ненавистью, которых я никогда не видела в глазах кретов. Даже тех, которые хотели меня убить.

Она подползла ко мне настолько близко, что между нами осталось буквально десять сантиметров. Я знала, что даже в таком немощном состоянии она может разорвать моё физическое тело, поместив его в своё NS-поле. Какое-то мгновение мне казалось, что именно это она и хочет сделать. Она моргнула, и наваждение прошло.

— Как же я тебя ненавижу, — скрипучим голосом пропела она. — Только смерть этого тела снова ничего не даст, ты все равно будешь возвращаться снова и снова.

Она выплёвывала слова, словно яд, явно считая, что я не заслуживаю такого дара, как вечная жизнь. Видимо, она не знала, что после этого последнего воплощения я либо не вернусь совсем, либо, если и буду возвращаться, жизнь моя сахаром уже не будет. Как будто она была им до этого.

— Я снова и снова думала, как же я была слепа относительно тебя. Ты — ошибка природы, ты обманщица! Ты обманула нас всех! Как удалось тебе это, я лишь не понимаю, как смогла ты нас обвести вокруг пальца? Как показала все свои способности, а потом так подло и мерзко уничтожила нас. Есть только одно объяснение! Ты была подослана ими.

— Я хочу напомнить, — надменно вмешался Иллеаней, — наш уговор: вы обещали более не оскорблять нашу расу. Вы постоянно расшатываете наше перемирие. Мы дали вам укрытие, безопасность и покой. Вы могли жить с нами на протяжении тысячелетий. Здесь, с подобными себе. Но ты так и не успокоилась, Лин-Райна. Оставь Дей-Хаирру в покое, ты всего лишь Хранительница и обязана передать ей все регалии.

— Я — Хранительница, а значит буду соблюдать все законы. Я знаю, чего она боится больше всего. Она боится новой любви, боится новых потерь. Что ж отлично! Я устрою их для нее. По закону правителем может быть лишь человек, чья энергия уравновешенна энергией противоположности. Если это мужчина — он должен быть женат. Если это женщина — она должна быть замужем. Только равновесие высших энергий: мужской и женской, — даст правителю нужный баланс для мудрого управления. Только так он сможет удержать регалии. Регалии должны быть переданы добровольно. Отнятые у меня силой, они не дадут никакого права на занятие трона. Я постановляю, что отдам эти регалии только в том случае, если ты выйдешь замуж за равного себе по силе.

«Твою ж мать». Подумала я.

— Это моё последнее слово.

Удивительно, но Лин-Райна удалилась настолько быстро, что даже оставила после себя лёгкий порыв ветра. Пять минут назад она еле ползла к нам.

— Ну, ты её слышала, — сказал Оракул. — В принципе, все логично. Ваши законы — это ваши законы. Их нужно соблюдать. Выбери мужа — получишь право на дальнейшие шаги.

Я с шумом втянула воздух в ноздри.

— Тяжёлая задачка? — Весело спросил оракул.

— Мне нужно подумать. — Еле процедила я.

— Тебе нужно не подумать, тебе нужно всего лишь собраться с духом и подтереть свои сопли.

— Хорошо, мне нужно подтереть свои сопли.

Я была настолько взбешена, что действительно не могла больше находиться здесь, когда десятки, сотни пар глаза смотрели только на меня. Я развернулась и размашистой походкой отправилось к своему шатру. Но там было очень тесно, и я вылетела из него, чтобы снова отправиться гулять по пустыне, даже не взяв с собой воды.

Пройдя пятнадцать минут, я остановилась, тяжело дыша.

— Нет, ну а чего я хотела? Ведь было понятно, что все к этому шло. Обязательно должна была случиться ещё какая-то хрень, чтобы окончательно меня добить. «Чего я боюсь больше всего на свете?» — передразнивала я Лин-Райну. К слову, я даже не успела осмыслить то, что увидела только что, возможно, последнего живущего эрнанидрига. И как она вообще смогла выжить? На задворках сознания, у меня возникали эти вопросы. Но в последнее время я устала удивляться, принимая всё как должное. Куда как больше меня возмущало моё будущее.

— Что было бы сейчас больше всего некстати? — Бурчала я вслух. — Конечно, именно это! Старая грымза Лин-Райна.

Конечно, я знала все наши законы, но очень надеялась на индульгенцию. В конце концов, если они хотят, чтобы я что-то там возродила, значит, в их интересах дать мне все права! Как будто бы это только мне нужно! Ну, подумаешь, проведу следующие тридцать тысяч лет в каком-нибудь отсталом мире, работая на галерах или в борделе, или ещё где-нибудь. Им то до этого, какое дело?

Но ведь им тоже нужно, чтобы я что-то исправила, будто бы это моё единоличное решение!