Читаем Декалог 3: Последствия полностью

Андреа улыбнулась. Чтобы о нём ни говорили, он не мог не нравиться; да и вообще у неё не было желания не любить кого-нибудь.

– Здравствуй, Доктор! – сказала она.

– Мне следовало спросить раньше. Как поживает твоя не менее чудесная дочь?

– Уже два дня как дипломированный доктор.

– Доктор Гвендолин Тэлвининг, – сказал ССПВ, судя по голосу, очень довольный собой. – Неплохо звучит.

– Говорят, её последняя работа перевернёт медицинскую науку. Вообще-то, она хочет поговорить с тобой об этом. Ты знаешь что-нибудь о нанитах?

– Они очень милые, – с важностью ответил он, – но они не игрушки.

Она рассмеялась, а затем снова стала серьёзной.

– Мы тебе стольким обязаны, Доктор, – сказала она. – Если бы ты не оказался там в тот вечер...

Он комично пожал плечами.

– Я просто проходил мимо, и у меня был с собой очень сильный гербицид, опрыскиватель, и команда экспертов-садоводов. И снова эта очаровательная дерзкая улыбка.

– Кстати, – продолжил он, – о той засекреченной книге, о которой мы говорили ранее. Может быть, ты сможешь найти способ выдать её мне?

Андреа ласково улыбнулась своему старому другу – как он ещё мог просить об этом? Она взяла его руку, сжала, и посмотрела ему в глаза.

– Нет, – сказала она.

Он вам не друг. Помните хотя бы об этом, если не запомните остальное. У него есть возможность сделать так, что он понравится почти любому, но если он так делает, значит, у него есть на то какая-то причина. Это часть какого-то сложного плана, который нам никогда не постичь. Уже только по этой причине мы, как биологический вид, должны научиться справляться без нашего самозваного ангела-хранителя.

(Обвести взглядом их всех, долгая пауза перед финалом).

Возможно, именно сегодня, в этом зале, мы сделали первый шаг в нашей учёбе говорить Доктору «нет».

– Нет? – у него было лицо четырёхлетнего сорванца, которому только что сказали, что выходной отменяется, хотя он всю неделю вёл себя хорошо. – Но... – продолжил было он, но, похоже, так и не нашёл что сказать.

Она грустно улыбнулась ему.

– Я сегодня размышляла о своей жизни. Не правда ли, странно, что я решила отправиться работать на планете-библиотеке, чтобы пережить сердечную боль, которой никогда не было? Также странно и то, что мы с мужем работаем вместе, хотя в правилах это чётко запрещено. Это особенно странно, если учесть, что по профессии он фермер. Вообще-то, когда я задумалась, я осознала, что в моей жизни очень многое не сходится. Интересно, – добавила она, глядя ему в глаза, – не стоит ли кто-то за всем этим?

Последовало долгое молчание.

– Я знаю, что ты сделал, – сказала она тихо.

– Андреа... – она не дала ему закончить.

– По крайней мере, у меня есть какое-то общее представление о том, что произошло. Я понятия не имею, какой была моя жизнь до того, как ты её переписал. Думаю, она была не очень радостной, и почти наверняка моей дочери сейчас бы не было...

– Андреа, – настаивал он, уже тихий и серьёзный, – были три ключевые тактические ошибки, допущенные дельтеронами в их битве с драконоидами. Мне нужно знать, что это за ошибки.

Она проигнорировала его.

– Я благодарна тебе за то, что ты сделал, конечно. Я даже люблю тебя за это. Чего ты, собственно, и добивался, верно? Но любой, способный сделать то, что ты сделал со мной, просто ради того, чтобы получить книгу, очень опасен. И я уверена, что не могу оправдать выдачу засекреченной книги такому опасному человеку, как ты.

Снова длинное молчание. Она посмотрела в читальный зал. Не покидая своего места, Сумасбродные Серьги следила за их спором. Она снова посмотрела на ССПВ.

– Но спасибо, – сказала она, – за всё.

И, повернувшись, она пошла к экрану каталога и села работать. Через мгновение она услышала, как Сумасбродные Серьги сказала:

– Это не тот момент, когда ты кричишь «обратно в ТАРДИС»?

– Боюсь, что именно тот.

– Достойный противник достался в этот раз, похоже.

– Хм!

Их шаги удалялись. Она услышала голос ССПВ, удивительно чёткий, несмотря на расстояние:

– Что же могло её так настроить против меня?

Завершив просмотр конспекта лекции, невысокий человек поднял взгляд и увидел, что тридцати миллионная аудитория наконец-то полностью загружена – виртуалы сзади, на галёрках свёрнутого пространства, а телесные впереди. Он осмотрел первый ряд, который был буквально в трёх метрах от него. Прямо в центре, глядя на него, сидела молодая женщина. Красивое умное лицо с намёком на вызов в тёмных глазах. На лацкане у неё был синий значок, указывающий на то, что она сейчас проходила процедуру улучшения памяти, возможно, для работы в одной из крупных библиотек или в информационных центрах. Побочным эффектом этой процедуры было то, что на начальных стадиях она станет исключительно восприимчива к услышанным идеям.