Читаем Деяния саксов полностью

Труд Р. Кепке, написанный на уровне лучших образцов буржуазной историографии того времени, содействовал более глубокому и разностороннему изучению «Деяний саксов» в последующий период — с конца 60-х годов XIX в. до начала 20-х годов XX в. В это время значительно усовершенствовался и углубился качественный анализ текста «Деяний саксов». Этому содействовал расцвет немецкого источниковедения в медиевистике последней четверти XIX в. Именно к этому времени относятся второе и третье издания «Деяний саксов» Г. Вайтца (1866 и 1882) в серии «Monumenta Germaniae».

В начале XX в. были найдены новые рукописи труда корвейского хрониста[28], что позволило еще более углубить текстологический анализ и осуществить новое издание памятника. Это сделал К. A. Keep[29].

На новой источниковедческой основе продолжалось многостороннее изучение источника. Наметились несколько направлений исследования. Главным оставалось изучение текста. Получила развитие гипотеза Р. Кепке о двух редакциях Хроники. Проблему филиации разных редакций «Деяний саксов» рассмотрел Б. Симсон, выдвинувший гипотезу о соотношении различных вариантов «Деяний саксов»[30]. Соображения, высказанные Б. Симеоном, содействовали дискуссии и плодотворному исследованию. Большой вехой в изучении вопроса явилось исследование Г. Блоха[31], который на новой текстологической основе, подготовленной к тому времени новыми изданиями «Деяний саксов», поставил задачу изучения взглядов Видукинда. Опираясь на классификацию рукописей, автор выдвинул гипотезу о двух основных редакциях «Деяний саксов» с интервалом около 10 лет, отнеся первоначальный текст «Деяний саксов» к 957—958 гг., а его авторскую редакцию к 968 г. Последние добавления Видукинда к своему сочинению Г. Блох отнес к 973 г.[32] По его мнению, только такая классификация может объяснить позднейшие вставки, не связанные с первоначальным контекстом, и дать основание для объяснения эволюции взглядов Видукинда на Саксонскую державу 50—70-х годов Х в. Новое по сравнению с наблюдениями Р. Кепке в работе Г. Блоха заключалось в источниковедческой аргументации гипотезы о датировке разных редакций Хроники и главное — постановка проблемы изучения политической концепции средневекового хрониста[33]. Г. Блох пришел к выводу, что лейтмотивом «Деяний» является апология Саксонской династии, идея гегемонии Саксонского герцогства, защита универсалистских претензий Оттонов[34]. Работу Г. Блоха можно рассматривать, с одной стороны, как итог исследовательских поисков за больший период развития немецкой историографии (1867—1913), с другой — как программу для последующих историков, поскольку автор лишь поставил, но не решил новые вопросы. Важнейшим из них были: вопрос о месте Видукинда в развитии политической мысли раннего средневековья, проблема изучения объективных условий формирования концепции хрониста, задача исследования социальных корней мировоззрения хрониста.

Период с конца 60-х годов ди начала 20-х годов XX и. характерен специализированным подходом к изучению исторического памятника. Некоторые частные вопросы, связанные с критикой текста, рассмотрела К. Креббель[35], высказав предположение о незавершенности труда Видукинда. Точка зрения ее не была принята[36]. Биографические сведения о Видукинде систематизировал В. Ваттенбах[37]. А. Гаук рассмотрел «Деяния саксов» в связи с историей немецкой церкви[38]. Его труд выдержал несколько изданий и сохранил значение до наших дней. Макс Геррманн начал исследовать особенности языка и литературный стиль «Деяний саксов»[39]. Данные Видукинда использовались для характеристики восточной политики Оттонов[40], для изучения немецко-венгерских отношений[41] и, наконец, для воссоздания общей картины истории Саксонии при Оттоне I[42] и имперской концепции Саксонской династии[43]. Наблюдения авторов имели значение для интерпретации отдельных аспектов памятника[44].

Подход к «Деяниям саксов» в межвоенный период и особенно во время нацистского господства отразил противоречивость развития немецкой историографии, борьбу ее прогрессивных представителей против крайне реакционных концепций, служивших фашизму. Позитивистское направление в этот период сказалось в новом издании «Деяний саксов»»[45]; оно пополнило предшествующие издания фактическими сведениями в комментариях и вводной статье[46]. Большое значение для текстологического анализа и комментирования реалии имел новый перевод «Деяний саксов» на немецкий язык и комментарии к переводу П. Гирша[47].