Читаем Дефект полностью

Собственно, предположения Астэ подтвердились. Гэрет был непреклонен в убеждениях и всем своим видом показывал, что хочет, чтоб от него поскорее отстали. Однако в конце, когда ему перестали задавать вопросы, его мнение будто бы внезапно поменялось. Он попросил слова – довольно необычная просьба – и ему дали разрешение.

– Боюсь показаться резким, и не поймите меня неправильно – я не собираюсь сейчас начинать дискуссию по поводу расовой неполноценности – просто хочу сообщить вам, уважаемые, один забавный факт. Вы позволите? – его ухмылка явно предвещала что-то недоброе.

Получив молчание в ответ, он продолжил:

– Как вы считаете, кто вот этот вот человек? – он даже не повернулся в сторону Астэ, указав на него лишь головой, но поняли все.

– Вы считаете, что это некий посланный волей высших сил представитель вашего народа, призванный избавить вас от рабства?

Он насмешливо окинул всех взглядом.

– И как странно, что раньше таких не находилось! И как необычно, что вы все его слушаете и ему верите! Впрочем, – он усмехнулся, – ничего необычного нет.

После этих слов он кинул на стол, за которым сидели Астэ и его ближайшие подчиненные, документ. Затем сказал:

– Документ, конечно, можете прочитать, но вряд ли много поймете. Облегчая вам задачу, разъясню: ваш обожаемый предводитель является экспериментальным образцом номер 3 класса «К» – что означает, что он третий по счету среди тех, кто был искусственно создан в секретной государственной лаборатории на основе генов моего и вашего народа. Единственный выживший на данный момент. Иными словами – полукровка, которая никак не может определиться, чем является. Считайте – просто дефект, отчасти обладающий нашими качествами и поэтому способный вести за собой людей. Могу продолжить – по характеристикам и так далее…

– Не стоит, достаточно.

Эти слова принадлежали Лэнги. Произнесена фраза была спокойным, ничего не выражающим тоном. Лицо его было каменным; пожалуй, только умея читать мысли, можно было понять, какие усилия этот человек прикладывает, чтобы сдерживаться. Он встал с места и ледяным голосом продолжил:

– Информация, сказанная Вами, и впрямь была полезной; очень сознательно было с Вашей стороны уведомить нас о лаборатории, в которой проводят столь извращенные эксперименты над людьми. Теперь, правда, Ваш приговор ужесточится; да и не только Ваш. Прочее, сказанное Вами, имеет мало ценности – мне жаль, что я не могу попросту выкинуть этот документ: он все же входит в доказательную базу. Если Вы закончили, то можете покинуть зал. И еще, мой Вам совет… – он посмотрел Гэрету в глаза. – Научитесь выражаться, когда находитесь в невыгодном для себя положении. А то Вам это неумение может как-нибудь не очень хорошо аукнуться. Впрочем, совет несколько запоздалый и уже вряд ли Вам пригодится…

Все это время Астэ сидел, замерев. Слова Гэрета громом отдавались в голове; все вокруг стало восприниматься, как сквозь воду, а голова горела так, что казалось, будто она сейчас вспыхнет. Имперец вынул наружу то подсознательное, что было в Астэ всегда, но никогда, никогда не облекалось в слова и понимание. Если бы последний посмотрел вокруг, он бы увидел лица, полные искреннего недоумения и непонимания сути проблемы, обращенные на Гэрета. Но Астэ ничего не видел. «И все-таки, окончательная победа за тобой…» – подумал он в сторону имперца. «Но все же…»

Когда Гэрета собирались вывести, Астэ встал, слегка пошатнувшись, и сделал знак рукой остановиться. Затем он медленно подошел к имперцу, заглянул ему в глаза и тихо сказал:

– Что ж, по крайней мере я точно не являюсь позором для собственной нации, как ты неоднократно заявлял. И этого достаточно. Зато им являешься ты – и все те, кто проводил эти эксперименты. И я очень рад, что новый мир будет избавлен от таких, как вы.

Когда на сегодня с процессом было закончено, Астэ взял скоростной индивидуальный летательный аппарат для перемещения по планете и отправился в наиболее отдаленную от города точку, в красные «джунгли». Оказавшись в самой чаще, он вылез, упал в траву лицом и издал протяжный вой, заглушаемый почвой. Затем еще, и еще; каждый новый все громче и длительнее.

«Это что, какая-то шутка?.. Почему именно Я?! Это не смешно… я… я всю жизнь ставил своей главной заслугой принадлежность к своему народу, который в итоге оказался не моим…»

Он вспомнил слово Гэрета «полукровка», и к завываниям добавились рыдания.

«Даже у этих, которых вскоре убьют, есть родина, есть принадлежность, был ориентир… А у меня… ничего нет!!!»

Трава под головой была уже ощутимо мокрой.

«Я ничто, я просто чья-то ошибка!!!»

Вскоре заболело горло, и он стал завывать тихонько. Спустя время, когда кончились и крики, и слезы, он сел на колени, обхватив себя руками и низко наклонив голову.

«Исчезнуть… я хочу исчезнуть…»

Тут он услышал шум позади себя и резко обернулся. Буквально вплотную к его летательному аппарату припарковался еще один, и оттуда практически вылетел Лэнги. Он стремительно подбежал к Астэ; на лице читалось откровенное, нескрываемое волнение.