Читаем Debriefing the President полностью

После недолгого ожидания нас провели в Овальный кабинет. Президент и вице-президент, казалось, узнали меня и поздоровались. Перед всеми присутствующими на брифинге стояли стаканы воды или диетической колы, кроме тех двоих, кто нуждался в них больше всего, - брифингистов. Мой коллега Грег начал излагать краткое содержание своей статьи о шиитах Персидского залива и тут же был засыпан вопросами со стороны президента. Президент выглядел раздраженным, растерянным и незаинтересованным. На этой неделе его дочь Дженна выходила замуж. Он также готовился к большой поездке на Ближний Восток, из которой должен был вернуться прямо перед свадьбой. Не думаю, что накануне вечером он прочитал информационный документ, как это обычно бывает. Когда я затронул тему Садра и возможности его переезда в Саудовскую Аравию, он выглядел подавленным. Буш сказал, что король Абдулла не любит Садра и что единственная причина, по которой он пустил его в Саудовскую Аравию, - это совершение хаджа, ежегодного исламского паломничества в Мекку. (Вероятно, это был скорее случай, когда арабский лидер сказал президенту то, что тот хотел услышать. Король Абдулла не пытался льстить Садру и иногда оказывал ему столь необходимую финансовую помощь.)

Затем Буш сказал мне, что Адиль Абдул-Махди, член Исламского верховного совета Ирака, сказал ему, что Садр практически "отсталый". Я сказал, что и раньше слышал подобные высказывания о Садре, но Абдул-Махди был врагом Садра, и их плохая кровь могла повлиять на его мнение. Президент не учел, что иракские соперники могут злословить друг на друга, чтобы получить преимущество перед Соединенными Штатами. Буш, похоже, считал, что иракцы не станут лгать ему после того, как он спас их страну из лап тирана. Я был удивлен его наивностью, ведь президент был интеллигентным человеком, а не ленивым отличником, которого карикатурно изображали в СМИ. Из разговора с ним я понял, что он много читал кабельных сообщений и необработанных отчетов разведки. Во время нашего брифинга он вспомнил имя участника встречи с Великим аятоллой Али Систани, когда это имя ускользнуло от меня. Похоже, он был способен запоминать информацию и хорошо помнил разведывательные сводки; ему просто было трудно придумать, что из них сделать.

Через пять минут Буш со скучающим выражением лица отложил газету и сказал: "Так, значит, вы хотите сказать, что все в порядке, верно?" Грег, аналитик по Персидскому заливу, ответил, что все верно. Тогда Буш ответил: "Хорошо, а что там с Садром?" и посмотрел на меня. Садр был источником постоянного интереса в Белом доме Буша. Несмотря на то, что я информировал президента о Садре в феврале, он хотел получить свежую информацию о клирике. Честно говоря, я приготовился отвечать на вопросы, относящиеся к документу, который был передан президенту. Просьба президента о брифинге застала меня врасплох. Я был полностью в курсе последних событий , связанных с иракским священником, но теперь от меня требовалось менее чем за тридцать секунд подготовить отточенную презентацию и быть готовым ответить на любые вопросы, которыми меня забросают. Это было не так просто, как может показаться. Всякий раз, когда ЦРУ отправлялось в Овальный кабинет, чтобы глубоко изучить тот или иной вопрос, мы готовили документ, который должен был помочь в обсуждении. Это было очень важно, потому что Буш имел склонность забрасывать брифингиста вопросами, которые шли в разных направлениях. Наличие документа в качестве отправной точки помогало президенту оставаться в рамках обсуждаемой темы.

Президент полностью изменил направленность нашей встречи. Мы больше не будем обсуждать тему Грега. Теперь президент хотел получить брифинг по совершенно новой теме: Садр. Внезапно я обнаружил, что провожу брифинг для президента без бумаги и без необходимых рамок, которые должны были помочь ему сосредоточиться. В марте 2008 года премьер-министр Нури аль-Малики атаковал садристов в Басре и, несмотря на то, что был практически окружен садристскими ополченцами, смог нанести сильный удар по боевикам священника. Я не был готов к подробному обсуждению Садра, поскольку большую часть времени подготовки посвятил работе над темой иранского терроризма, чтобы поддержать презентацию Грега. Внезапно все взгляды устремились на меня, и мне пришлось выкручиваться. Я тяжело сглотнул и сказал: "Ну, это же вопрос на шестьдесят четыре тысячи долларов, не так ли?" Я не пытался шутить. Я просто сказал это, чтобы дать себе еще пять секунд и придумать ответ. Буш посмотрел на меня и сказал: "Ну, почему бы вам не сделать это вопросом на семьдесят четыре тысячи долларов, или сколько там у вас зарплата, и не ответить на вопрос!" Я подумал: "Вот засранец!"