Читаем Debriefing the President полностью


 

@importknig

 

 

Перевод этой книги подготовлен сообществом "Книжный импорт".

 

Каждые несколько дней в нём выходят любительские переводы новых зарубежных книг в жанре non-fiction, которые скорее всего никогда не будут официально изданы в России.

 

Все переводы распространяются бесплатно и в ознакомительных целях среди подписчиков сообщества.

 

Подпишитесь на нас в Telegram: https://t.me/importknig

 

 

Джон Никсон

«Дебрифинг президента. Допрос Саддама Хусейна»

 


Оглавление

Пролог. Незаконченное дело

"Черт возьми, это Саддам!"

"Смелость быть правым"

Пункт назначения Багдад

Выигрыш

Под ногтями Саддама

Персидская угроза

Тюрбаны в политике

Смерть шиитам и сионистам

Саддам взорвал свою макушку

Глубокое погружение в Овальный кабинет

Пересечение с президентом

В тени своего отца

Первый черновик истории

Уход с сожалением

Эпилог. Повешенный посреди ночи


 

 

В соответствии с требованиями, предъявляемыми ко всем нынешним и бывшим сотрудникам Центрального разведывательного управления, я представил рукопись этой книги в Совет ЦРУ по рассмотрению публикаций. В задачи PRB входит обеспечение того, чтобы ни конфиденциальная, ни секретная информация не была случайно раскрыта. Дебрифинг президента" дважды подвергалась тщательной проверке PRB. Результат двоякий: публикация рукописи, к сожалению, значительно задержалась, и на протяжении всей книги вы будете видеть черные полосы, указывающие, где были применены правки ЦРУ. Я заранее приношу извинения за причиненные неудобства и сожалею, что ЦРУ подвергло цензуре некоторые материалы, которые никоим образом не компрометируют служебные секреты.

Джон Никсон

 

Пролог.

Незаконченное дело

----------

Но у участника есть, по крайней мере, один важный вклад в написание истории: Он будет знать, какое из множества возможных соображений на самом деле повлияло на решения, в принятии которых он участвовал; он будет знать, какие документы отражают реальность, как он ее воспринимал; он сможет вспомнить, какие мнения принимались всерьез, какие отвергались, и чем обосновывался сделанный выбор... Мемуары участника, если они написаны отстраненно, могут помочь будущим историкам судить о том, как все было на самом деле, даже (а возможно, и особенно) когда со временем появится больше свидетельств обо всех аспектах событий.

-Генри Киссинджер, "Годы в Белом доме", 1979 г.

 

Повышение исламского экстремизма в Ираке, главным образом под названием ИГИЛ (или Исламское государство в Ираке и аш-Шаме), - это катастрофа, с которой Соединенным Штатам не пришлось бы столкнуться, если бы они были готовы жить со стареющим и отрешенным Саддамом Хусейном. Я не хочу сказать, что Саддам был невиновен в обвинениях, которые бросали ему на протяжении многих лет. Он был безжалостным диктатором, который порой принимал решения, ввергавшие его регион в хаос и кровопролитие. Однако, оглядываясь назад, мысль о том, что Хусейн был у власти, кажется почти утешительной по сравнению с ужасными событиями и напрасными усилиями отважных американских юношей и девушек в военной форме, не говоря уже о 3 триллионах долларов, которые мы потратили на строительство нового Ирака.

В декабре 2003 года и январе 2004 года я был первым американцем, который провел длительный допрос Саддама Хусейна после его захвата американскими войсками. Я был старшим аналитиком ЦРУ, который предыдущие пять лет изучал Ирак и Иран. В начале допросов мне казалось, что я знаю Саддама. Но в последующие недели я узнал, что Соединенные Штаты совершенно неправильно понимали и его самого, и его роль как решительного противника радикальных течений в исламском мире, в том числе суннитского экстремизма.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное
Айвазовский
Айвазовский

Иван Константинович Айвазовский — всемирно известный маринист, представитель «золотого века» отечественной культуры, один из немногих художников России, снискавший громкую мировую славу. Автор около шести тысяч произведений, участник более ста двадцати выставок, кавалер многих российских и иностранных орденов, он находил время и для обширной общественной, просветительской, благотворительной деятельности. Путешествия по странам Западной Европы, поездки в Турцию и на Кавказ стали важными вехами его творческого пути, но все же вдохновение он черпал прежде всего в родной Феодосии. Творческие замыслы, вдохновение, душевный отдых и стремление к новым свершениям даровало ему Черное море, которому он посвятил свой талант. Две стихии — морская и живописная — воспринимались им нераздельно, как неизменный исток творчества, сопутствовали его жизненному пути, его разочарованиям и успехам, бурям и штилям, сопровождая стремление истинного художника — служить Искусству и Отечеству.

Юлия Игоревна Андреева , Надежда Семеновна Григорович , Лев Арнольдович Вагнер , Екатерина Александровна Скоробогачева , Екатерина Скоробогачева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное