Читаем Das Model (СИ) полностью

Несмотря на то, что Женька своим нытьем про то, как он не хочет на прием, успел достать всех, включая Тимура, его жену, мою гримершу и водителя, в обстановку светской вечеринки он вписался идеально. Меня всегда поражало это его умение: ну пень пеньком же, а как в свет выйдет - невъебенный джентльмен, будто лучшую аристократическую школу Англии закончил. И сразу он этикет вспоминает, и шутки у него уместные и изысканные. Естественно, практически сразу становится душой компании, что и вовсе из грани фантастики - потому как компания на подобных мероприятиях так себе: только и ищут повод, чтобы кого-нибудь задеть и унизить.

- Ты гляди, он и с этим боровом общий язык нашел, - восхитился Тимур, подходя ко мне.

- Он кого угодно заболтает, - буркнул я, а Тамара, жена Тимура, только фыркнула, проницательно на меня глянув.

Ладно, возможно, в какой-то степени этот придурок Женька меня и восхищает. Наверное, поэтому за прошедшее время я так и ни разу не вспомнил о том, что не собирался строить с ним серьезных отношений. На роль идеального парня он не тянул: ни квартиры, ни машины приличной, ни связей - смазливая мордашка, да и только. Но мне с ним было хорошо. Классно с ним было, чего уж там. И я совершенно определенно не собирался с ним расставаться.

***

- Как же я устал! - Женька с разбегу плюхнулся на кровать. Сейчас, ближе к лету, его родители часто стали уезжать на дачу, и у нас была возможность побыть вдвоем. Меня, конечно, в качестве любовного гнездышка обычная двухкомнатная квартира не прельщала, но Женька не видел смысла в том, чтобы тратиться на гостинцу или съемную квартиру, а с ним спорить - себе дороже. То есть начни я с ним спорить, одержал бы бесспорную победу, но я ведь умный и знаю, что иногда ему нужно почувствовать себя мужиком, чьи решения не оспариваются. - Иди сюда, будем спать.

- А дыхательную гимнастику кто делать будет? - изогнул бровь я. - Иван Федорович Крузенштерн?

- Меня нет, - Женя уткнулся носом в подушку.

Мой взгляд против воли упал на его ухо, точнее, на серебряное колечко в оном. Я бы никогда не опустился до того, чтобы уродовать свое прекрасное тело проколами или наскальной живописью, но Женя пару недель назад прямо-таки загорелся идеей обзавестись сережкой в ухе. Я, конечно, от подобной идеи был, мягко говоря, не в восторге, но отвел своего придурковатого парня к хорошему мастеру, пока он тайком не сделал себе пирсинг в каком-нибудь третьесортном салоне, где инструменты раз в три года протирают. Вышло на удивление неплохо, сережка так и цепляла мой взгляд. Женя, правда, почти сразу после этого воспылал желанием облагородить свое тельце ещё и масштабной татуировкой, но я твердо сказал, что это - уж точно только через мой труп, и Женька успокоился.

- Ладно, - сжалился я. - Сегодня можешь пропустить. Разденься хоть, придурок, уснешь же сейчас.

- Ага-а-а-а, - зевнул Женя. - И как тебя на все хватает, Миль? И фитнес, и гимнастика эта дыхательная, и бассейн, и фотосессии бесконечные... я б сдох.

- Я уже привык к такому ритму. Кстати, у нас с завтрашнего дня репетитор в шесть.

Женька про репетитора уже не слышал - уснул. Если бы кто-нибудь из моих бывших позволил себе уснуть в одежде - не знаю, что бы я с ним сделал. А Женя... Женя выглядел мило. Я вообще стал относиться к нему намного мягче. Да и к своему окружению. То ли я внезапно взрослеть и мудреть начал, то ли Женька на меня так действовал, но перемены в моем характере отметили все.

Я очень надеялся перевоспитать Женю. Сделать из него Джеки: стильного, дерзкого, независимого. Но вовремя понял, что Женька - он Женька и есть. И я его таким... да черт с ним, полюбил. Поэтому меняться ему совершенно не нужно.

Примечание к части Следующая глава будет заключительной

Глава 26.

- Ми-и-иль, ну скоро ты? – страдальчески протянул Женька, вставая с кресла. – У меня уже затекло всё!

- Я пробуду здесь столько, сколько нужно, и ты, милый, будешь меня ждать, - отрезал я, скептически разглядывая свое отражение в зеркале.