Читаем Das Model (СИ) полностью

Женька запыхтел, ладони положил мне за бедра и…



- Ебтвоюма-а-ать!



Ну что сказать? Зря Женька под ноги бросил мыльную мочалку, потому как, она, видно, оскорбилась и начала мстить. Я умудрился не дать ему упасть, но при этом сам удержался на ногах только чудом.



- Слушай, может, в комнату пойдем? – предложил Женька.



Я молча вылез из ванны, мой незадачливый любовник пошлепал за мной.



- Ну, у меня тут, конечно, не очень-то убрано, - сразу затараторил он, когда мы зашли к нему в комнату. – Ты не обращай внимания, - он попытался незаметно запнуть под кровать грязные носки.



- Всё, заткнись, балаболка, - ухмыльнулся я. - И поцелуй меня уже.



Я сам сделал шаг вперед, прижался к Женьке, который, кажется, подрастерял боевой пыл. Он с минуту смотрел на меня, потом ладонями провел по моему лицу, лаская, и, наконец, коснулся своими губами моих. Эта его пронзительная нежность была приятна мне, но сейчас мне хотелось иного, сейчас я чувствовал по-другому. Поэтому я перехватил инициативу, углубляя поцелуй, показывая, напоминая, как я хочу, чего я хочу.



А Женьке, кажется, нужен был только толчок, чтобы отпустить себя и не сдерживаться. Больше он не нежничал. Толкнул меня на кровать, сам полез в тумбочку, чтобы минуту спустя продемонстрировать мне тюбик со смазкой – молодец, не оставлял надежды, что пригодится.



Мне не хотелось сейчас долгой прелюдии, ласки, поэтому я перевернулся на живот, вставая в коленно-локтевую.



Женька мигом растерял всю свою неуклюжесть, быстро подготовил меня – да так, будто он этим всю сознательную жизнь занимался, я чуть не сомлел только от ощущения его пальцев в своем теле, пристроился сзади, начал медленно, аккуратно входить. Я сам подался назад, насаживаясь до конца, потому что все тело горело и плавилось от желания.



Женька на мгновение замер, давая привыкнуть и мне, и себе, а потом начал двигаться, как-то сразу умудрившись выбрать правильный угол. Ей-богу, никогда я особо громким в постели не был, но тут все тело прошивало такими волнами наслаждения, что я стонал, как распоследняя блядь, судорожно сжимая в руках простыню.



Надолго нас, что вполне ожидаемо, не хватило. Женька, почувствовав приближение оргазма, обхватил свободной рукой мой член, сделал пару резких движений - и меня унесло волной оргазма одновременно с ним.



Глава 24

Я остался у Женьки ночевать. Изначально в моих планах этого не было, но после секса я почти сразу уснул – видно, сказались усталость и алкоголь, не до конца из меня выветрившийся.



Проснулся заботливо укрытый одеялом по самые уши. Женьки рядом не было, но его местоположение угадывалось по соблазнительному запаху свежесваренного кофе, который витал в воздухе.



Свою одежду я нашел аккуратно сложенной на стуле. Прям офигеть можно, какой сервис. Я быстро оделся, посмотрел на себя в зеркало, критично разглядывая отражение. Ну, не фонтан, прямо скажем. Какой-то весь помятый, потрепанный, губы припухшие, сразу понятно, что ночью я не просто спал.



Женька, как я и предполагал, обнаружился на кухне.



- Привет, - улыбнулся он, дернулся было ко мне, но на полпути замер, внимательно вглядываясь в мои глаза.



- Да целуй уже, - хмыкнул я. Поцелуй вышел что надо, у меня даже шевельнулось в штанах чувство прекрасного. Кто бы мог подумать, что милый мальчик Джеки обладает такими талантами, н-да...



- Ты это... ну, успокой меня, что ли. Нормально было?



Видеть Женьку смущающимся было непривычно, но зрелище это, надо признаться, весьма увлекательное.



- Ну, - я сделал вид, что задумался. - Довольно-таки неплохо. Даже удивительно для первого раза, - с нажимом на "первого" произнес я. А то терзали меня смутные сомненья.



- С парнем - первый раз. Хотя возможность была, но я хотел, чтобы именно ты стал первым.



- То есть всё, сбылась мечта идиота? - мгновенно взвился я. - Теперь и в загул можно? По упущенным возможностям?



- Ревнуешь? - Женькина физиономия расплылась в блаженной улыбке идиота.



- Вот ещё! - буркнул я. - Возможность у него была, как же... Что за возможность вообще такая?



- Да этот, как его... - Почесал затылок Женя. - Влад, что ли? Фотограф.



- Воронов? - ахнул я. - Неприступный красавчик-фотограф разбил сердце не одной модели нашего агентства. Соблазнению он не поддавался категорически.



- Ну, у которого узор на затылке выбрит. И так ко мне, и эдак, но я сделал вид, что тупой и не понимаю его намеков.



- Брось, тебе делать вид не надо было, - хмыкнул я.



- Миль, а тебе точно понравилось?



- Точно, - улыбнулся я. Потому что правда - понравилось. Я даже не ожидал, что с кем-то мне может быть лучше, чем с первым моим мужчиной, с которым никто сравниться не мог и с которым я не мог быть, хотя мне очень этого хотелось. А тут поди ж ты, тот, на которого я в этом плане и не смотрел никогда. Или просто не хотел в этом себе признаваться. Потому что с друзьями не трахаются. Это моветон.



- Хорошо, - расслабился Женька. - Тогда давай завтракать. Я яишенку сварганил.



- Ты серьезно думаешь, что я буду есть на завтрак холестерин?



- Ты серьезно думаешь, Наоми Кемпбелл, что меня интересует, что ты думаешь по этому поводу?



Перейти на страницу:

Похожие книги

Метафизика
Метафизика

Аристотель (384–322 до н. э.) – один из величайших мыслителей Античности, ученик Платона и воспитатель Александра Македонского, основатель школы перипатетиков, основоположник формальной логики, ученый-естествоиспытатель, оказавший значительное влияние на развитие западноевропейской философии и науки.Представленная в этой книге «Метафизика» – одно из главных произведений Аристотеля. В нем великий философ впервые ввел термин «теология» – «первая философия», которая изучает «начала и причины всего сущего», подверг критике учение Платона об идеях и создал теорию общих понятий. «Метафизика» Аристотеля входит в золотой фонд мировой философской мысли, и по ней в течение многих веков учились мудрости целые поколения европейцев.

Лалла Жемчужная , Вильгельм Вундт , Аристотель , Аристотель

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Античная литература / Современная проза