Читаем Dark Story (СИ) полностью

Всё кончилось так же неожиданно, как и началось. Ушли видения и ужас, оставляя после себя пустоту. Олег открыл глаза и прямо перед собой увидел светящуюся нить. В последнюю секунду он ещё надеялся, что всё происшедшее это просто очередной кошмар. Но живое светящееся чудо развеяло сомнения. Растерянный человек опёрся руками о холодные плиты и приподнялся. Старик стоял на прежнем месте, но глаза его уже не пугали, теперь это были обычные глаза, кажется серого цвета.

— Что это? — спросил Олег.

— Разве ты мало видел? — голос у старика был глуховатым. — Ты просился ко мне, теперь твоё желание сбылось. Что ты хотел от меня, от императора Аббадона.

Старик улыбнулся и Олег вздрогнул. Улыбка это украшение человеческого лица, уродовала и меняла собеседника Олега необыкновенно. Она змеилась по тонким губам, ломая их, дёргала правую щёку, стыла невыразимой болью в глазах.

— Я ничего не хотел, — шепнул Олег, с ужасом вспоминая пережитые видения.

— Ложь! — слово прокатилось по залу и скрылось за колонами.

— Нет. — продолжил Олег едва слышно — Я хочу обратно, отпусти меня.

— А вот этого я не могу. — Император взмахнул рукой и позади него появился трон, в который и опустился побеждённый император — Я сейчас многого не могу. Хотя, у меня с избытком времени на размышления и кажется, я даже понимаю, почему лишился своей силы.

Император наклонился вперёд и поманил к себе Олега. Парень послушно встал и на дрожащих ногах подошёл к властелину погибшей империи. Карабин висевший на спине натирал брезентовым ремнём шею, но Олег боялся даже поправить его.

— Я не верил в Бога, — громким шепотом сообщил император. — Поверь, я считал, что имею на это основания. Моё могущество было безграничным. Я мог переставлять горы, успокаивать море, исцелять прикосновением, насылать проказу и чуму. Я мог одной лепёшкой накормить тысячу воинов, но всё это оказалось не самым главным. Даже имея возможность творить самые невероятные чудеса, человек не может стать Богом.

Старик замолчал.

— Так было всегда. — Вдруг продолжил он. — Так повториться ещё тысяч раз. За сотни лет прожитых среди этих камней, я научился говорить с ним, но Он пока не говорит со мной. Здесь ему не с кем говорить. Моё сердце погибло, утонуло в крови, которой я залил Землю. Хотя это жестоко с его стороны. Разве другие не такие же. Разве другие не убивают, не предают, не испытывают ненависти? Разве у многих есть сердце? Вместо сердца мы всегда ищем власть и вечность. Торгуем душой целиком и по частям. Тянем, свои дни по пыли дорог покорённых империй, не замечая, что душа умерла. Что любви не осталось не капли. Что мы уже… — Лицо императора страшно искривилось от внутренней боли. — Что мы сами уже умерли.

— Отпусти меня! — закричал Олег, шарахаясь от этого страшного человека. — Я хочу вернуться. Я схожу с ума! Отпусти меня.

Боль ушла с лица императора и вернулась страшная улыбка — оскал.

— Рабы! — старик потёр рукой лоб — Рабы. За что Он так любит вас трусливых, никчемных? Вы готовы ради собственных удобств, торговать богом. Рабы, для которых даже чудеса проходят незаметно. Для вас чудо — богатство, чудо — женщины, остальных чудес вы никогда и не заметите просто по своей рабской тупости. Вы выродились, потеряв все желания, что жгли как огонь. Выродились, превратившись в медленно бредущее стадо. За что Он по прежнему любит вас?

Старик взметнул руки вверх и неожиданно начал перевоплощаться. Вытянулись, покрылись длинной рыжей шерстью руки, нелепо выгнулись ноги. Лицо расплылось, превращаясь в морду диковинного зверя. Уже через несколько секунд, от старика ничего не осталось. Перед Олегом высилась двухметровая тварь, явное порождение ада в пурпурном одеянии, с глазами горящими из-под накинутого на плоскую голову капюшона.

— Я не звал тебя сюда раб. — Сказала тварь, обдавая человека гнилостным запахом из зубастой пасти. — Ты сам выл и просился в этот мир. Ты рыдал, кричал, что тебя обидели, что тебе плохо в твоём мире. Теперь ты здесь. Ты стоишь перед великим магом Аббадона, императором Тёмной империи и от тебя воняет страхом. Я не знаю, почему ещё не убил тебя. Когда-то я ради развлечения выедал внутренности, таким как ты, только для того, что бы насладится трепещущим внутри жалкого тела страхом. Но века прошли. Века прошли — глаза твари прикрылись, и улыбка зверя исказила вытянутую морду. — Века, прошли, я устал страдать за свои грехи. Знаешь ли ты, как медленно тянутся века. Века!

Тварь затрясла головой, и резко вскинув голову, приблизила оскаленные клыки к самому лицу Олега. Гнилостный запах хлынул в лицо, но человек боялся пошевелиться. Ноги отказывались подчиняться, гипнотизирующие глаза затягивали как водоворот.

— А может, ты пришёл, чтобы я поведал тебе истину, в которую не хочу верить сам, — прошипело создание, — может быть, время настало, узнать тебе самое главное.

Тварь сглотнула, глаза на вытянутой звериной морде расширились.