Читаем Dark Story (СИ) полностью

Олег проснулся, словно от толчка, но ещё долго лежал в постели, прислушиваясь, как гулко колотится в груди сердце. Сон, который оборвался так неожиданно, всё ещё плыл над ним. Серые ужасные твари из этого кошмарного сна преследовали человека. Они гнались за ним по какому-то дикому лесу, гортанно крича. Олега испугал даже не их кошмарный вид, не крики, не страх смерти. Ужаснуло только хлопанье огромных кожистых крыльев, приближающееся с каждой секундой. Человек сел на постели и приложил руку к груди, сердце ныло, билось торопливо и гулко, как будто он действительно долго бежал.

— Это сон — прошептал Олег. — Только сон.

Рассвет был тусклым, как впрочем, и все рассветы поздней осени, а длинный день не сулил ничего хорошего. Олег подождал, пока успокоится сердце, поднялся на локте и оглядел единственную комнатку, маленькой уютной квартиры, которую снимал второй год.

— Неужели опять бежать! Неужели бросать всё это и опять бежать куда-то?

Тикали часы на кухне. Осенний день бродил по Городу.

— Я не могу без тебя. — Признался Городу Олег — Я прибежал сюда без денег, без надежды и ты принял меня. Мне было так хорошо и уютно, но вот снова всё рушится.

Он встал с дивана и пошёл в ванную. Там из зеркала на него посмотрел ничем не примечательный представитель рода людского, с грустными зелёными глазами и печально опущенными уголками губ.

— Улыбайся, — посоветовал отражению Олег и плеснув в лицо холодной водой отправился обратно в комнату. Отдёрнул тяжёлые тёмно красные шторы и с высоты четвёртого этажа окинул взглядом такую привычную картину. Жёлтый, обшарпанный подъезд, стоящего напротив Вьетнамского посольства. Уныло повисший красный флаг над ним и будка со скучающим охранником. Монументальные стены и стальные колонны банка Аваль, несколько иномарок. На одну из машин лёг жёлтый, разлапистый кленовый лист как штрафная квитанция от осени.

— Где же денег взять?

Арифметика была проста. Работа потеряна месяц назад, а маленькая, уютная квартирка на Печерске стоит слишком дорого. Целый месяц Олег обезумев от безысходности, метался по городу, стараясь найти приличную работу, но поиски неизменно оказывались тщетными. Прижавшись лбом к прохладному стеклу, он равнодушно смотрел на проходящих людей на жёлтые листья лежащие на балконе.

— Надо собирать вещи, закрывать дверь и идти искать комнату.

От этой мысли стало тоскливо.

Человек вздохнул, оторвался от окна и снова задёрнул шторы. Он любил сумрак. Бархатный полумрак, покой которого может нарушить только свет настольной лампы или огонёк свечи. Мудрый полумрак, дарящий удивительные мысли и ласкающий мечты о будущем. Ласковую полутьму.

Олег стал одеваться. Ему не хотелось уходить из этой комнаты, ему хотелось, посыпать солью корку хлеба и завалится на диван с томиком Даррела. Но жизнь выволакивала его из уютного тёмного уголка в котором человек прятался уже так долго. Надо было опять драться за свой покой, за свой уют, и хоть это было противно, Олегу надо было что-то решать. Он откладывал принятия решения слишком долго.

Тяжёлая бронированная дверь отсекла уютный мирок от Олега. Передёрнув плечами, он застегнул замок на куртке и побрёл к лифту.

Улица встретила шумом и потоком людей. Все спешили куда-то, озабоченные, сердитые.

— У вас есть дом, — мысленно обратился к ним Олег, — вы счастливые, а вместо того, что бы наслаждаться своим счастьем суетитесь и спешите.

Он побрёл по направлению к базару, глаза не успевшие привыкнуть к дневному свету болели, поэтому Олег опустил их. Человек так и брёл, рассматривая трещины на сером асфальте и не зная толком с чего начинать поиски нового жилища.

Этот звук Олег впоследствии вспоминал очень часто. Она зазвенела и покатилась прямо под ноги молодому мечтателю. Монета. Покатилась, да улеглась прямо перед вытертыми носками стареньких кроссовок. Олег наклонился, поднял тяжёлый кругляш и оглянулся. Чуть впереди него брёл с двумя грязными китайскими сумками какой-то бомж одетый ужасающе нелепо и грязно. Было довольно сомнительно, что монета может принадлежать ему, но всё-таки догнал бомжа.

— Простите, это не ваше.

Бомж обернулся. Лицо, покрытое сеткой морщин, с гноящимися у переносицы глазами было совершенно равнодушным. Сначала он посмотрел на парня, потом пошевелил запёкшимися потрескавшимися губами и перевёл взгляд на его находку. Монета лежала на раскрытой ладони невзрачный кругляш из какого-то странного сплава.

— Моё — грязная рука с въевшейся грязью и чёрной каймой под ногтями потянулась к монете. Олег почувствовал, как опять заныло сердце, и отвёл руку.

— Продай.

— Три…, то есть пять гривен.

Олег сунул руку в карман и вытащил деньги.

— Держи.

— Спасибо — бомж суетливо начал прятать деньги — Монета старинная, немецкая, счастливая монета. Как талисман.

Волна кислой вони от бомжа, заставила Олега поморщится. Сунув приобретение во внутренний карман, парень торопливо пошёл обратно домой.