Читаем Дар экстрасенса. Сборник полностью

Старик достал из кармана штанов две игральные кости. Дунул в них, потряс в сухих ладонях. Красноватые отблески костра вдруг сделали его лицо зловещим. Гости во все глаза наблюдали за его манипуляциями. Не раскрывая ладони, старик переложил костяшки в правый кулак. А потом вдруг с силой бросил их через левое плечо. Слышно было, как где-то в темноте они шлепнулись в траву.

— Сколько? — в упор спросил старик у Аркадия.

Тот прикрыл глаза, наморщил лоб… Все напряженно смотрели на него — и наконец он молвил:

— Семь. На одной костяшке три, на другой — четыре.

— Ваша версия? — взгляд Алексея Викентьевича остановился на девушке.

— «Три» — это верно. — Она искоса бросила взгляд на сидящего рядом Аркадия, словно призывая его в свидетели. — А вот «четыре» ли? По-моему, кость упала в траву на ребро, и похоже…

— Слишком много слов, — грозным голосом прервал старик. — Сумма?

Девушка зажмурилась и как в воду бросилась:

— Восемь.

— Хорошо, ответ принят. Ваше слово? — обратился хозяин к Дмитрию.

— Семь, — без колебаний ответствовал самый молодой гость.

Старик смежил веки. На его впалых висках вздулись вены. Он хлопнул в ладоши и раскрыл глаза.

— А сейчас? Кости перевернулись? Какая сумма? — Он устремил свой взор на Диму.

Тот отвечал без запинки:

— Кости как лежали, так и лежат. Сумма — семь, по-прежнему.

— Вы, Софья?

Девушка зажмурилась и потерла лоб.

— Одна костяшка перевернулась на «пять», — наконец изрекла она. — Итого восемь.

— Хорошо. Ваше слово, Аркадий?

— Пожалуй, — неуверенно молвил он, — Софья права. Сумма восемь.

— Ладно, — сказал Алексей Викентьевич. — Пролог будем считать законченным.

— А кто из нас угадал? — влезла девушка. — Мы проверим?

— Зачем? — искренне удивился старик. — Я и так это знаю. И вы, скорее всего, тоже… Хочу спросить: сейчас, до тех пор, пока мы не начали разговор, никто не хочет покинуть наше общество? Позже дороги назад не будет.

Гости переглянулись. Никто не произнес ни слова. Никто не встал.

— Хорошо, — подытожил хозяин. — Тогда я хотел бы услышать ваши истории, пусть первым будете вы, Дмитрий.

Юноша, казалось, растерялся.

— Что вы хотите услышать?

— Что-то ведь привело вас сюда, — дружелюбно пояснил старик. — Вот я и хотел бы узнать, что именно.

— Я до сих пор не понимаю, какая связь между моей историей и вами… — пробормотал Дмитрий.

— Связь есть, уверяю вас, — прервал его старец. — Она неочевидна, но, безусловно, существует…

— Давайте же, Дима, — подбодрила юношу девушка. И добавила с оттенком кокетства: — Неужели вы допустите, чтобы я, дама, исповедовалась перед вами, тремя мужчинами, самой первой! А вы будете отсиживаться в сторонке?

— Ну, если вы настаиваете… Хотя я, право, не знаю, с чего начать…

— Начните с того, — звучно и твердо проговорил старик, — когда вы поняли. Когда вы догадались, что вы не такой, как все.

— Однажды… — молодой человек помедлил, сосредоточился, а потом вдруг выпалил единым духом, — однажды я заметил, что у меня крадут сны…

Девушка изумленно вскинула брови, а хозяин костра молча покивал, словно поощряя юношу на дальнейший рассказ.

— Я всегда считал себя обычнейшим из смертных, — начал Дмитрий. — Родился в семье рабочего, был старшим среди четырех братьев и сестер. С шестнадцати лет пошел на завод, работал учеником токаря. Правда, был у меня старший товарищ, из образованных. Он заметил во мне способности к наукам, в особенности к математике. И правда, еще в школе я щелкал самые сложные задачи, как орехи. Мой старший друг убедил моих родителей, а самое главное, меня, что мне необходимо получить хорошее образование. Он же добился того, чтобы завод направил меня в вуз — в Ленинградский госуниверситет, на механико-математический факультет. Так я стал студентом. Науки давались мне легко, без всякого напряжения. В свободное время я увлекался греблей и футболом — я считал и считаю, что для того, чтобы достичь успехов в науке, мозгам следует давать отдых, напрягая собственное тело…

Старик, хоть и смотрел не на юношу, а в сердцевину огня, слушал его с неослабевающим интересом. Девушка смотрела на парня ласковым взглядом. Внимание, которое она вдруг стала проявлять к молодому человеку, очевидно, не слишком понравилось ее спутнику Аркадию. Тот сидел с каменным лицом.