Читаем Дамиан полностью

Солнце вот-вот зайдёт. Бланка была права, когда сказала, что это будет великолепно. До встречи с ней я думал, что всё это чушь, но мне пришлось изменить своё мнение, эта чушь полезна для души, в частности, для моей.

Постучав несколько раз в дверь и не получив ответа, я заглядываю в окна. Бланка здесь уже неделю, куда, чёрт возьми, она могла пойти в такой час одна?

Мысль о том, что у неё появились новые друзья и даже о том, что она могла встретить другого мужчину, приводит меня в ужас.

Я провожу рукой по волосам, думая о том, какие слова подобрать при встрече с ней.

«Как лучше убедить её остаться со мной?»

Я не силён в этих делах, и сейчас испытываю затруднение.

«К дьяволу! Я не могу импровизировать по-другому. Я такой, какой есть, принимай это или нет».

В крайнем случае, если Бланка не захочет меня слушать, я могу обездвижить её в постели и мучить наслаждением, пока не сдастся. Я знаю много способов убедить женщину, но Бланка не такая, как другие, мои тактики обольщения кажутся ей бесполезными, и это, в конечном счёте, ещё одна из причин, почему я люблю её.

«Хватит придуривать! Я должен подготовиться к её возвращению».

Достаю свой любимый нож и с силой надавливаю на раму, пока окно не отрывается.

Мне придётся сказать Бланке, в вопросе безопасности она полный профан. Любой может войти и причинить ей боль, но не думаю, что ей стоит принимать меры, поскольку для её защиты я всегда буду рядом. Оказавшись внутри, я попадаю в маленькую кухню, окрашенную в яркие цвета, прямо как личность Бланки. Сладкий аромат щекочет мои ноздри, и я не могу не заметить в центре стола керамическую вазу, полную свежих цветов. Именно так должен пахнуть дом — цветами и Бланкой. Прохожу в гостиную и осматриваю комнату. Я улыбаюсь, когда вижу большой книжный шкаф набитый романами. Бланка верна себе. Затем смотрю на фотографии, висящие на стене, на одной из них изображены она и Габриэль, и мне хочется немедленно заменить на фото нас вдвоём.

«Нужно взять себя в руки, я не могу быть таким собственником».

На другой фотографии Бланка в детстве на руках у матери. Обе выглядят счастливыми, и я уверен, что когда-то, пусть и недолго, они были такими. Я сжимаю челюсть при мысли о том, что с ней случилось, а затем делаю глубокий вдох, возвращаясь к спокойствию и полному контролю.

«Всё будет хорошо, она пошумит, но не выгонит меня».

Рядом с гостиной проходит небольшой коридор, в него выходят две двери: первая в ванную комнату, вторая в спальню.

«Я никогда не входил в спальню девушки. Сколько «первых раз» я пережил с моей Бланкой?»

Как всё меняется, стоит только фиолетовому взгляду проникнуть в твою душу, и вся система летит к чертям. Я останавливаюсь на пороге и рассматриваю простой, но женственный интерьер. Мебель из светлого дерева, ткани мягких оттенков, кровать идеально убрана. На одной из двух подушек лежит что-то голубое и, выделяясь своим отличием от всего остального, неизбежно привлекает внимание. Любопытствуя, я подхожу и беру в руки аккуратно сложенную ткань.

У меня дрожат руки и распирает в груди, когда я понимаю, что это такое.

Это невозможно! Бланка сохранила мою рубашку, ту самую, которой я тампонировал ей рану, когда она получила пулю, защищая меня. Она хранит её на своей подушке, и это может означать только одно — я последний человек, о котором она думает, прежде чем заснуть, и первый, когда просыпается.

«Надежда ещё есть».

Щелчок замка заставляет меня насторожиться, я кладу рубашку на место и прячусь за дверью.

Слышу, как она говорит.

«Бля, Бланка не одна».

— Как только смогу, я приеду к тебе, Лара.

«Она разговаривает по телефону со своей двоюродной сестрой? С каких пор они начали друг с другом общаться?»

— Я рада за тебя. Говорят, Вегас прекрасен. У тебя всё получится.

В последующие секунды тишину прерывает только стук моего сердца.

— Не надо, я уже простила тебя. Мы должны двигаться дальше.

«Двигаться дальше? Надеюсь, это не про всё. Я — прошлое, но хочу стать настоящим и, возможно, единственным будущим».

Покрываюсь холодным потом, ругаясь себе под нос. Я слишком нервничаю, и мне это не нравится, это заставляет меня чувствовать себя другим.