Читаем Далеко ли до будущего? полностью

Но проходит всего несколько лет — и тональность произведений Стругацких начинает меняться. На смену ликованию по поводу победного шествия научно-тех­нического прогресса приходят интонации раздумчивые, вопросительные. Усложня­ется предмет художественного исследова­ния. В "Стажерах", "Попытке к бегству", "Трудно быть богом" писатели выходят к теме превратностей исторического раз­вития, драматической его диалектики. Конфликты всех этих произведений име­ют общую основу: столкновение предста­вителей коммунистической цивилизации, духовно зрелой и высокогуманной, с соци­ально-историческим злом, с реальностью, к которой неприложимы мерки и крите­рии гуманизма.

Герой романа "Трудно быть богом" Антон-Румата — один из наблюдателей Земли на планете, переживающей период господства мракобесия и изуверства. Он всем своим существом жаждет поддер­жать, спасти от гибели робкие пока и уяз­вимые ростки духовности, стремления к социальной справедливости, к интел­лектуальной независимости. Но вот во­прос: допустимо ли глубокое вмешатель­ство извне в сложившуюся ситуацию, в естественный ход событий — пусть сер­дцу и уму Антона он представляется совершенно противоестественным? Не до­лжен ли каждый народ сам и до конца выстрадать свою историю, пройти по всем ее кругам, не полагаясь на помощь "бо­гов", чтобы обрести органичную форму самоосуществления?

Такими вот любопытными и вовсе не лишенными социальной актуальности во­просами задаются Стругацкие в своем ро­мане. Ведь попытки перескакивания че­рез этапы естественного развития общест­ва знакомы нам не только из литературы. Однако в постановке и трактовке этих проблем авторы еще грешат умозритель­ностью и отвлеченностью. А между тем дух времени — беспокойного, насыщен­ного событиями времени шестидесятых — властно обращал писателей к вопросам гораздо более конкретным, злободневным, к прямому формулированию своей обще­ственной позиции.

В 1965 году Стругацкие опубликовали повесть "Понедельник начинается в суб­боту", непринужденно соединяющую фольклорную традицию с ультрасовре­менными реалиями века НТР. И в этой, на первый взгляд абсолютно несерьезной "сказке для младших научных сотрудни­ков", возникают мотивы важные и ха­рактерные. Научно-Исследовательский Институт Чародейства и Волшебства — НИИЧАВО — выступает в повести сим­волом современного научного учрежде­ния, а его сотрудники — маги — явно представительствуют от лица молодой ин­теллигенции, столь активно и победитель­но входившей в жизнь на рубеже 60-х го­дов. Интеллигенция эта несла с собой дух абсолютной преданности делу, непочти­тельности к любым авторитетам, кроме авторитета точной научной истины, дух бескорыстия, независимости, оптимизма. Немало наивного, не выдержавшего ис­пытания временем было в упованиях и декларациях этого поколения. Но можно ли отрицать его искренность, убежден­ность, нравственный максимализм?

В повести Стругацких этот социально­психологический феномен обрел вырази­тельность и законченность художествен­ного образа, обрел яркий "имедж". Моло­дые герои "Понедельника" влюблены в свою работу, исповедуя несколько даже ригористический культ дела, а главное, убеждены, что в их пробирках и колбах, у их осциллографов творится субстанция человеческого счастья. Это не мешает им быть раскованными, остроумными, жиз­нерадостными. В повести играет озорной и победоносный дух молодости.

И тут же, рядом с этими веселыми подвижниками науки, возникает фигура профессора Выбегалло, демагога и невеж­ды. Выбегалло, изъясняющийся на смеси французского с нижегородским, занят по­строением действующей модели "идеаль­ной" человеческой особи — потребителя, все культурные запросы которого должны вырастать на базисе безотказно удовлет­воряемых материальных потребностей. Там же, в коридорах, в кабинетах НИИ­ЧАВО, мелькают, пока еще эпизодиче­ски, разного рода администраторы и кан­целяристы, всячески досаждающие ученым-магам, вставляющие им палки в ко­леса.