Читаем Далекие горизонты полностью

— Ее звали Дейрдре Енох. — Председательствующий министр парил в воздухе, по грудь закованный в синий блестящий медицинский аппарат. При взрыве ему сломало обе ноги, он получил серьезные внутренние повреждения. На время, пока не будут выращены и имплантированы новые органы, председательствующий министр превратился в киборга. — Пятьдесят лет назад она открыла нелегальные врата в точке 3x9, неподалеку от того места, где мы в свое время отразили последнюю атаку яртов. Помогал ей мастер-открыватель врат, сознательно нарушивший приказ Узла и Гильдии. Нам стало известно об этом через шесть месяцев после того, как Енох тайно переправила в небольшой исследовательский центр восемьдесят своих коллег — или сто двадцать, мы до сих пор точно не знаем — всего через несколько дней после открывания врат. Но сделать мы ничего не могли.

Олми положил руку на поручень, шедший вдоль прозрачных стен кабинета, и спокойно смотрел на Кеслера. Его ирония была слишком очевидна.

— Я что-то слышал об этом, так, слухи всякие. Управление по обеспечению…

У Кеслера начался приступ, его лицо исказилось от боли, но медицинский аппарат ее тут же приглушил. Министр продолжил:

— К черту управление по обеспечению. К черту всю эту грызню. — Он выдавил кривую улыбку. — В прошлый раз, на Ламаркии, проблема была из-за отступника-надерита.

Олми кивнул.

— На этот раз — из-за гешеля. Хуже того, из-за члена Гильдии открывателей. Вот уж не думал, что управлять этим чертовым кораблем будет настолько сложно. Теперь я почти понимаю, почему ты тоскуешь по Ламаркии.

— Там не легче было.

— Да, но народу меньше. — Йанош развернул аппарат и пересек комнату. — Мы, собственно, не знаем, что именно произошло. Непосредственная геометрия вокруг врат нарушилась. Противоречия между физикой Пути и Вселенной, открытой Енох, были слишком велики. Врата превратились в брешь, которую невозможно заткнуть. К тому времени как это случилось, большинство ученых из команды Енох отступили на главную станцию, там была защитная пирамида — Енох назвала ее «Редут».

— Она открыла хаос? — спросил, Олми.

С Пути открывался доступ во множество вселенных. Некоторые были пусты, мертвы и относительно безвредны; другие — смертельно опасны, полны булькающей, пузырящейся массы нестабильных констант, ограничивающих реальность вокруг наблюдателя или исследовательского автомата. В такие вселенные врата с Пути открывались лишь дважды, и хорошо в этих случаях было лишь то, что они немедленно захлопывались и открыть их снова было невозможно.

— Нет, не хаос. — Кеслер сглотнул. — Чертов аппарат… Плохо работает.

— Вам бы лучше отдохнуть.

— Некогда, Гильдия открывателей сообщила, что Енох искала прочно структурированный мир, сверхпорядок. То, что она нашла, опаснее любого хаоса. Возможно, ее врата вели во вселенную бескрайнего изобилия. Не просто в порядок — в творение. Всякая вселенная в некотором роде представляет собой сплетение информационных связей, но во вселенной Енох для распространения информации не оказалось никаких ограничений. Ни конечной скорости света, ни разграничений между какими-либо аналогами континуума Белла… совершенно другая физика, в общем.

Олми нахмурил брови, пытаясь найти в его словах хоть какой-нибудь смысл.

— Я не очень-то разбираюсь в физике Пути…

— Спроси своего любимого Конрада Коженовского, — отрезал Кеслер.

Олми на провокацию не поддался. Кеслер пробормотал извинения, на его лице снова появилась маска боли — жалкая пародия на нетерпение.

— В попытках спасти ее людей и закрыть врата мы потеряли три экспедиции. Последнюю — шесть месяцев назад. Вокруг главной станции выросли формы жизни, питающиеся из бреши, — огромные такие, что и представить себе нельзя. Никто в них разобраться не может. Люди из последней экспедиции — те, кто выжил, — сумели примерно в тысяче километров от бреши поставить заграждение. Мы думали, что это даст нам несколько лет на обдумывание следующего шага. Однако заграждение разрушено. Подойти достаточно близко, чтобы понять, что случилось, нам не удалось. В этом районе находятся ключевые оборонительные сооружения, не позволяющие противнику применить поток Пути против нас. — Кеслер опустил взгляд. Внизу, в двадцати четырех километрах под прозрачным полом кабинета, виднелся сегмент Пути. — Ярты сумели направить вдоль потока релятивистский снаряд с массой покоя чуть больше грамма. Перехватить его нам не удалось. Вчера, в двенадцать ровно, он попал в Осевой Город.

Олми уже знал подробности: ярты использовали дробинку меньше миллиметра в диаметре, разогнанную почти до скорости света. Если бы не защитные и контрольные механизмы шестого отсека, весь Осевой Город был бы уничтожен. В то время, когда копия Нейи Таур Ринн разговаривала с Олми, ее оригинал выполнял в Главном Осевом задание своего начальника, Йаноша.

— Мы передвигаем Город к «югу» с максимально возможной скоростью и ведем эвакуацию, — продолжил Кеслер. — Ярты приближаются к бреши. Неизвестно, как они могут ее использовать. Может, и никак — но рисковать мы не имеем права.

Олми удивленно помотал головой.