Читаем Д'Арманьяки полностью

– Я связан клятвой и рано или поздно убью герцога Бургундского. Но после его смерти я намерен предложить мир его сыну, который станет следующим герцогом Бургундским.

– И вы прекратите вражду? – не поверил его словам Дофин.

– Да, – твёрдо ответил Филипп, – во имя Франции, во имя будущего короля Карла VII я сделаю всё, чтобы прекратить вражду. Я сделаю это ради своей супруги. Ради людей, которые пресытились кровью и хотят жить в мире. Пусть мне придётся смирить свою гордость, но никогда больше ни один из наследников Арманьяков не получит такого кровавого наследства, как получил я.

– В добрый час, – дофин, радостно потирая руки, достал из ящика стола исписанную мелким почерком бумагу и поставил перед Филиппом.

– Здесь список земель и городов, которые вы получите после того, как я стану королём Франции. Кроме всего прочего, я назначаю вас командующим всеми силами, которые имеются и будут поступать в наше распоряжение. Вы получаете должность коннетабля, которая останется за вами пожизненно.

– Ко всему я хотел бы добавить ещё одно, – сказал Филипп.

– Что же? – слегка помрачнев, спросил дофин.

– Жизнь герцога Бургундского. Это я хотел бы получить в первую очередь!

Лицо дофина прояснилось, и он многозначительно ответил:

– В этом пункте, дорогой граф, наши интересы полностью совпадают!

После ухода Филиппа дофин посмотрел на Иоланту и спросил, что она думает о произошедшем разговоре. Иоланта ответила, что «граф действует, руководствуясь честью, а мы своими интересами и, как ни странно, первое и второе совпадают». Совершенно довольный разговором с графом Арманьяком, дофин подхватил свою новоиспечённую супругу и с видом, который часто служил маской истинной натуре наследника престола, повел ее на праздничный обед, который должен был состояться с минуты на минуту.

Когда Луиза появилась в зале, пиршество было в полном разгаре. За длинными столами, уставленными яствам и винами, сидели не менее пятидесяти человек. В самом центре восседали дофин и Мария Анжуйская. Слева от дофина сидел Филипп. Справа от Марии Анжуйской сидел граф де Невер. Видимо, они хотели восстановить некое равновесие, поместив их обоих рядом с собой. Луиза заметила, что рядом с Филиппом пустует кресло, но не решалась подойти туда, пока не увидела взгляд Филиппа. Он недвусмысленно показывал, чтобы она подошла к нему. Преодолев некоторую робость, Луиза села рядом с Филиппом, который встал и услужливо пододвинул ей кресло. Филипп собственноручно налил в ее кубок вина и вообще с первой же минуты ухаживал за ней, оказывая явные признаки внимания.

Граф де Невер молча следил за действиями Филиппа, изредка перекидывая взгляд на сестру, у которой был весьма счастливый вид. Гости вели себя шумно. Часто за столом слышались громкие выкрики. Но никто не обращал на них внимания. Дофин решил, что пора привлечь всеобщее внимание. Он встал и громко призвал гостей к вниманию. Когда шум немного утих, дофин громко сообщил, что хотел бы провозгласить тост, но передает это право графу Арманьяку. Воцарилась тишина. Филипп встал и обвел взглядом всех присутствующих.

Но тост Филиппу так и не удалось сказать. В зал быстрыми шагами вошел вооруженный человек, в котором Филипп узнал одного из своих людей. Человек подошёл к Филиппу.

– Монсеньор, срочное сообщение!

Филипп встал со своего места и отошел с ним в сторону. Луиза с тревогой следила за тем, как меняется лицо Филиппа по мере того, как он слушал. Они поговорили не более пяти минут. Филипп вернулся назад и обратился к дофину:

– Ваше высочество, я вынужден срочно покинуть вас. Могу я оставить свою супругу на ваше попечение?

– Я позабочусь о ней! Не беспокойтесь, граф, – сказала Мария Анжуйская.

– Благодарю вас! Могу я попросить еще об одной услуге, ваше высочество? – спросил Филипп.

– Всё, что угодно, – ответил дофин.

– Позвольте я заберу с собой Таньги дю Шастель?

– Поверьте, граф, этим поступком вы окажете мне величайшее одолжение! – улыбаясь, ответил дофин.

Как раз в это время к ним подходил Таньги, который был все еще навеселе после бурно проведенной ночи.

– Хочешь, я открою тебе маленькую тайну, Карл? – развязно произнёс Таньги, обращаясь к дофину.

– Какую ещё тайну? – дофин подозрительно посмотрел на Таньги, не ожидая услышать ничего хорошего.

– Как нарекут тебя твои подданные, когда ты станешь королем.

– И как же, интересно узнать?

– Карл VII Неблагодарный.

– Таньги, в тот день, когда я стану королем, ты станешь обершталмейстером!

– Изверг, – пробормотал под нос Таньги.

Филипп не стал дожидаться следующей реплики Таньги. Подхватив его за руку, он повел его к выходу. У выхода он остановился, посмотрел на Луизу и ушёл. Жорж де Крусто, который уже был в курсе новостей, поднял всех людей, справедливо полагая, что предстоит скорый отъезд. Здесь же был Капелюш, который держал под уздцы двух лошадей, свою и Филиппа. Когда Филипп вышел из дворца, то увидел, что почти все готово к отъезду. Филипп встал возле ступеней, у края дорожки, что вела к внешним воротам дворца. Капелюш подвел к нему коня.