— Я не совсем понимаю, на чем основана ваша уверенность, что гипотетическая культура Омеги может предоставить нам крупную помощь, даже если они и захотят этого, — сказал еще один Советник, женщина с очень прямой осанкой. — Слишком мало у них было времени для освоения чужого мира.

— План роста населения, мадам, предусматривает увеличение от десяти тысяч исходных колонистов до сорока тысяч в течение первых двадцати лет, после чего, разумеется, темпы роста станут еще выше. Учитывая, что со времени их прибытия на планету должно пройти не менее шестидесяти лет, мы получаем население более ста шестидесяти миллионов человек. А за ростом населения следует и все остальное.

Два часа спустя Всемирный Секретарь подвел итог.

— Леди и джентльмены, теперь у нас есть все факты. Еще существуют различия в их интерпретации, которое явно не будет разрешено продолжением дискуссии. Я ставлю на голосование план, обрисованный нам представителем военно-космических сил коммандером Грейлорном.

В зале заседаний Совета стояла тишина, пока регистрировались и подсчитывались голоса. Затем Всемирный Секретарь тихонько вздохнул.

— Коммандер, — объявил он, — Совет утвердил разрешение. Я уверен, что, с общего согласия, вы встанете во главе этого проекта, поскольку именно вы руководили командой, конструировавшей двигатель нового типа, а также являетесь автором проекта. Желаю вам всего наилучшего.

Он встал и протянул коммандеру руку.

Тридцать два часа спустя была установлена первая пластина киля вооруженного курьерского корабля «Галахад».

1

Я ожидал проблем, покидая мостик. Напряжение, нарастающее уже много недель, было готово взорваться волной насилия. На корабле было тихо, пока я шел по коридору. Странно тихо, подумал я, даже зловеще тихо. Что-то явно назревает.

Я остановился перед дверью своей каюты, прислушался, затем прижал ухо к стене и уловил слабые звуки: приглушенный щелчок и чьи-то голоса. Внутри кто-то был, кто-то, старающийся вести себя очень тихо. Я не был чрезмерно удивлен этому. Рано или поздно проблема должна перейти в открытое столкновение. Я глянул по коридору, полутемному в зеленоватом свете ночников. Никого не было видно.

Слышно было три голоса, слишком тихих, чтобы их можно было узнать. Самым умным было бы вернуться на мостик и приказать начальнику военной полиции очистить мою каюту, но у меня было интуитивное чувство, что это лишь усугубило бы ситуацию. Все стало бы гораздо проще, если бы я справился с ней с наименьшим шумом.

Ждать не было никакого смысла. Я достал ключ и тихонько сунул его в замочную скважину. Дверь скользнула назад, и я тут же шагнул в каюту. Посреди удивленно застыли в неловких позах врач-офицер Крамер и Джойс, помощник офицера Связи. А на моей койке растянулся начальник снабжения Файн. Правда, он тут же сел.

Они стояли перед выбором. У двоих были пистолеты, и я хотел бы знать, были ли они готовы использовать их, и как далеко могли зайти. Моя задача состояла в том, чтобы не дать им поразмышлять об этом.

Я не стал изображать удивление.

— Добрый вечер, джентльмены, — бодро сказал я, подошел к бару, открыл его и налил в стакан виски. — Присоединитесь ко мне?

Никто не ответил. Я сел. Я должен был опережать их и не упускать инициативу, чтобы не дать им опомниться. Они рассчитывали, что заранее услышат о моем приходе, и у них будет несколько лишних секунд. Но я переиграл их и сам воспользовался преимуществом неожиданности. Сколько времени я смогу сохранять его, зависело от того, насколько хорошо я разыграю свои карты. Я чуть подался вперед, заметив, что Крамер вздохнул и наморщил лоб, собираясь действовать.

— Людям нужны перемены, отдых от монотонности существования, — сказал я. — Я тут обдумал много возможностей.

Говоря, я в упор глядел на Файна. Он натянуто сидел на краю моей койки. Он уже сожалел о том, что своей тушей привел в беспорядок кровать капитана.

— Можно поупражняться, пуская тренировочные ракеты по целям, — продолжал я. — Есть также возможность пострелять из ручного оружия и поднять квалификацию воинов.

Я перевел взгляд на Крамера. Файн уже изо всех сил жалел, что вообще приперся сюда, а Джойс не станет брать на себя инициативу. Так что моей проблемой оставался Крамер.

— Я вижу, у вас при себе «Марк-9», майор, — сказал я, протягивая руку. — Могу я его посмотреть? — При этом я улыбался приятной улыбкой.

Я надеялся, что опережаю его и не даю время изменить ситуацию. Даже такому опытному офицеру, как Крамер, требуется подготовиться, чтобы открыто игнорировать своего командира, особенно в мирной беседе. Но оружие было у него при себе отнюдь не в мирных целях...

Я смотрел на него, улыбаясь и не опуская руку. Он не был готов. Он достал пистолет из кобуры и протянул его мне.

Я открыл зарядную камеру, проверил индикатор заряда. Пистолет был готов к бою.

— Хорошее оружие, — сказал я и положил его на стойку бара справа от себя.

Джойс открыл было рот, чтобы заговорить. Но я опередил его, мгновенно сменив дружеский гон на тот, которым распоряжаюсь на мостике.