Шарль обескураженно заморгал, и тут до него дошло: Пия решила, что он хотел открыть дверь, зайти с ней в комнату и запереться изнутри. Подобная глупость ему даже в голову не приходила. Воспользовавшись его замешательством, Пия злобно продолжала:

– Я с тобой туда не пойду, Шарль. Ни здесь, ни в другом месте ты меня больше не получишь, пока не избавишься от этой малолетней идиотки. Ты объявишь малютке Лулу Вандермеер и ее родителям, что ваше брачное соглашение – глупая ошибка и ты не женишься на этой глупышке только за тем, чтобы получить груду китовой отрыжки.

По лицу Шарля было видно, что этот план ему не по вкусу. Пия поджала губы и процедила:

– Выкручивайся, как хочешь. Но не приближайся ко мне, пока не выполнишь моих требований. Я слов на ветер не бросаю, Шарль. Видеть тебя не желаю, пока не расторгнешь помолвку. Так и знай.

Глава 8

Ближе к вечеру того же дня «Конкордия» издала зловещий скрип: казалось, в недрах корабля кто-то водит смычком по струнам огромной виолончели. Заунывные звуки нервировали пассажиров; они отбросили напускную браваду и заперлись в своих каютах. Это давало Шарлю возможность назначить встречу Луизе в любом месте.

Почти в любом месте, если быть точным. Шарль решил, что ресторан не подходит для этой цели, поскольку обслуживающий персонал не терял оптимизма и накрывал столы к обеду и готовил зал для танцев. В курительной комнате для джентльменов расположились несколько подвыпивших пассажиров. Престарелая дама засела в библиотеке. В игорной комнате один из столов был занят тремя бездельниками, коротавшими время за картами. В турецкой бане не было ни души: посетители и банщики ушли, паровой котел остыл, пол был по щиколотку залит водой. В соседней комнате располагался бассейн в стиле древних Помпеи. Сейчас он представлял собой подобие разбушевавшегося океана – вода выплескивалась из бассейна и растекалась по мраморному полу. Находившаяся далее по коридору детская комната была заперта.

Итак, все помещения либо закрыты, либо непригодны для обитания, либо заняты теми немногими из пассажиров, кто, как и Шарль, способен сносно переносить шторм.

Его обрадовало, что среди этих немногих была и его очаровательная Луиза. Так или иначе, но после встречи в коридоре он мысленно стал называть ее моя Луиза, поскольку не мог не признать, что девушка околдовала его. Ее капризный тон и отнюдь не невинный взгляд голубых глаз, а также глупая самонадеянность могли бы вызвать у него отвращение, но этого не случилось. И дело не в том, что она идеально подходила на ту роль, которую он ей определил. Его отношение к ней не имело ничего общего с плотским влечением (хотя слегка непристойный интерес, который вызывала у него ее нежная гладкая кожа, каждый раз заставлял его трепетать).

Нет, он был очарован главным образом ее личными качествами, а не внешностью – ее проворством, наивностью, стойкостью. Она нравилась ему не только как женщина – его интерес к ней был гораздо более глубоким, чем просто интерес мужчины тридцати с лишним лет, увивающегося за молоденькой девочкой в стремлении наверстать упущенное в молодости. Ему пришло в голову, что он в самом деле до сих пор не был близок с молодой женщиной – юной женщиной, – и это дало ему повод поразмышлять о том, каким он сам был в ее годы.

Однако, что более важно, он мгновенно проникся к ней сочувствием и симпатией, ощутив, что она не в ладу с собой, что собственная красота для нее – порой тяжелая и досадная ноша.

Негромко напевая себе под нос, Шарль продолжал поиски безопасного, сухого, уединенного и темного местечка для полночного рандеву с обольстительной, хотя и немного строптивой и избалованной барышней. Это не дамская гостиная и не читальная комната, и не кафе. Гимнастический зал и площадка для игры в мяч тоже не подходят. В конце концов он сделал выбор благодаря невольной подсказке Пии: именно от нее Шарль узнал о существовании загончиков для животных. Он нашел питомник на верхней палубе, где постоянно ощущалась качка, независимо от погоды.

Вокруг не было ни души – только несколько лающих и воющих от страха животных. Сюда вряд ли кто-нибудь придет, да еще в штормовую погоду, а уж в полночь и подавно. Более того, мисс Вандермеер это место хорошо знакомо.