Читаем Чудовище полностью

– Она беременна, Аркур, – заявил доктор Оливье. Шарль позвал его на следующий день после того, как Луиза проспала до обеда, не просыпаясь. – Не беспокойтесь, – говорил ему доктор. – Ваша жена абсолютно здорова. Сильная и крепкая. Она сейчас может похудеть, это иногда случается в начале беременности. Ребенок влияет на аппетит матери. Любимые блюда усваиваются не так хорошо, как раньше. И вы не должны принимать близко к сердцу ее капризы – она может всплакнуть без видимого повода. С молодыми матерями такое случается – они очень впечатлительны.

– Беременна, – тупо повторил Шарль. – Но… но что же мне теперь делать?

– Делать?

Шарль не совсем понимал, какой, собственно, совет он хочет услышать. Мысль о том, что Луиза беременна, как-то не приходила ему в голову, когда он пытался объяснить ее вялость и апатию. Если ничего не сажал, то что же говорить о плодах?

– Беременна, – снова повторил он. Оливье рассмеялся:

– Да, и вам ничего не надо делать. Природа сама о себе позаботится. Кроме того, ее беременность еще под вопросом.

– Под вопросом?

– Внутренние ткани потемнели, изменили цвет. Матка приподнялась, крошечное увеличение – ничего особенного. И все же я в этом уверен: она сказала мне, что у нее задержка уже две недели. – Доктор подмигнул ему. – Это хороший знак, если учесть, что вы женаты около месяца. – Он снова подмигнул – может, у него нервный тик? – Дитя медового месяца. – Он похлопал Шарля по плечу, что означало примерно следующее: «Ну, ты силен, братец». – Поздравляю. – Доктор протянул ему руку. – Если все и дальше так пойдет, – продолжал он, энергично тряся его руку, – то вы сравняетесь с вашим дядей, и у вас, как и у него, будет куча ребятишек.

Доктор уехал, а Шарль все стоял в дверях холла. Беременна. Его жена, с которой он еще ни разу не был близок, как с женой, беременна от него. Щекотливое положение…

Впрочем, хватит ходить вокруг да около. Беременность отчасти объясняет подавленное настроение Луизы, но не степень ее расстройства. И Шарль знал, что должен сделать. Сейчас ему необходимо быть решительным и предельно честным. Он пойдет к ней в комнату, признается во всем и – он улыбнулся – скажет, что это его ребенок. Ребенок. Семья. Шарль никак не мог свыкнуться с мыслью, что станет отцом. Ребенок. Его ребенок!

В состоянии радостного возбуждения Шарль поднялся по лестнице, мысленно готовя себя к объяснениям, признаниям и извинениям. Он будет на коленях просить у нее прощения. Луиза увидит перед собой виновника всех ее бед. И он не питал никаких иллюзий относительно этого разговора – и ребенок тут не поможет. Шарль подготовился к самому худшему: Луиза будет в бешенстве. Но как только она все узнает, как только простит его…

Он остановился перед дверью ее спальни, глубоко вздохнул и постучал.

– Войдите, – послышался из-за двери ее голос. Шарль вошел и кивнул горничной:

– Оставьте нас, пожалуйста.

Дверь за Жозеттой закрылась, и Шарль подошел к кровати. Луиза выглядела гораздо лучше, чем накануне. Ее веки чуть-чуть припухли, но цвет лица был вполне здоровый. Она полулежала в постели под пологом, опершись спиной о подушки. Несмотря на всю серьезность момента, Шарль не мог не отметить, что она очаровательна, – волосы ее растрепались после беспокойного ночного сна и теперь рассыпались по подушке. Луиза лежит перед ним, и в ней его ребенок.

И выглядит смущенной и виноватой. То, что она чувствует себя виноватой, сначала удивило его, потом рассмешило. Луиза всегда говорила о своем «романе» в прошедшем времени, как говорят о том, что случилось столетия назад. Она никак не ожидала, что этот роман напомнит о себе так ощутимо.

Луиза собирается оправдываться перед ним.

Шарль непременно посмеялся бы, если бы сам не был так взволнован. Он сунул руки в карманы, бросил взгляд на ее согнутые колени под одеялом.

– Ну как ты? Все хорошо? – пробормотал он.

Она кивнула, осмелившись поднять глаза, потом сказала:

– Правда, никак не приду в себя после унизительного осмотра, которому меня подверг доктор. – Луиза помолчала и добавила: – Хотя его диагноз смутил меня еще больше. – И спросила еле слышно: – Он уже сказал тебе?

– Да.

Прошла тягостная минута. Шарль стоял у ее постели, молясь о том, чтобы Луиза выслушала его и поскорее простила. Она опустила голову, щеки ее пылали. Она осуждает и корит себя.

– Я солгала ему, – сказала наконец Луиза.

– Солгала?

– У меня задержка уже почти четыре недели. Видишь ли, месячные должны были наступить почти сразу после нашей свадьбы, но я решила, что они задерживаются из-за моего, волнения и других причин. Так уже бывало раньше, но… – Она вздохнула. – Ошибки быть не может.