Читаем Чудовища рая полностью

Той ночью Даниэлю снились описанные преподобным Деннисом белоснежные ангелы, парящие над Химмельсталем. Он летел вместе с ними, такой же невесомый и свободный. Под ними простиралась долина, исполненная зелени и свежести, с извилистой речкой и деревушкой. Зазвонил церковный колокол, и звук его достиг ангелов, на такой высоте более живой и чистый.

Вдруг он обнаружил, что ангелы уже вовсе не белые, но черные. Они превратились в огромных хищных птиц и кружили над долиной, внимательно вглядываясь вниз. Вместо воды по руслу теперь тек густой желтый гной, а хищники высматривали вовсе не мышек или маленьких птичек, но копошащихся в траве огромных белых опарышей.

Ну конечно, так и должно быть, подумал Даниэль во сне. Он ощущал странное спокойствие, как если бы наблюдаемые неприятные вещи не беспокоили его, но лишь подтверждали его подозрения.

А чеканный перезвон издавал вовсе не церковный колокол — как ему вообще такое могло в голову прийти? — но маленькие бубенчики, привязанные кожаными ремешками к лапам птиц.

В тот же миг он осознал и еще кое-что, и мысль оказалась такой пронзительной, что его разом выбросило из сна.

Даниэль зажег лампу в спальной нише, взял с полки мобильник и отправил Коринне сообщение.

— Кажется, я понял, как все устроено, — нагнувшись над столом, тихо проговорил Даниэль.

Они сидели в ресторане на первом этаже главного корпуса и только что закончили ужин из филе оленя с лесными грибами.

Подошла официантка с подносом. Она налила им кофе и поставила на стол вазочку с шоколадно-миндальным печеньем — точно таким же, каким Гизела Оберманн угощала его в своем кабинете.

Когда же женщина повернулась к ним спиной, Даниэля навестило еще одно воспоминание — как Макс шлепнул ее по обширной заднице. Тогда, примерно месяц назад — точно не больше? — он еще наивно полагал, будто Химмельсталь — роскошная клиника, а эта широкозадая официантка — просто добропорядочная женщина из альпийской деревушки. Теперь-то он знал, что дама была родом из Голландии и что она заманила собственного мужа в бомбоубежище в родительской вилле, затем забаррикадировала дверь и оставила его умирать от голода, в то время как сама смотрела наверху телевизор.

— И как же? Кто доставляет в долину наркотики? — спросила Коринна, как только официантка удалилась на кухню.

— Тот, кто может попасть сюда и сбросить контрабанду без проблем с электрифицированными зонами, охранниками и собаками-ищейками.

— Ну так кто же это?

— Соколы.

Коринна скептически посмотрела на него и отерла рот салфеткой.

— В один из первых дней здесь я наткнулся на мужика с ручным соколом, — тихо добавил Даниэль.

— Это Адриан Келлер, — пояснила девушка, плеснув себе в кофе молока.

— Ты его знаешь?

Она кивнула.

— Он живет в уединенном коттедже в дальнем конце долины. Был боевиком на службе колумбийских наркокартелей. Безжалостный, каких еще поискать надо. Якобы несколько лет прожил в индейском племени в джунглях. Держится обособленно, шагу не ступит в деревню или на территорию клиники. Расставил кучу ловушек вокруг своего жилища. К нему только и наведываются что торговый фургон да охранники с утренними и ночными проверками. Но и те не осмеливаются выбираться из машин. Да, соколы у него есть. Он охотится с ними. Руководство клиники разрешает ему содержать их, поскольку считает, что это для него очень важно. Он и вправду буквально одержим соколами и охотой. Порой так приходится поступать, как говорит Гизела. Трансформировать зло в безобидное хобби.

— Причем хобби, способное приносить немалый доход! Я тут вечером читал, как во время Второй мировой союзники использовали соколов для ловли немецких почтовых голубей. Получалось не очень, потому что соколы не особо разбирались, немцев ли это голуби или же союзников, и убивали всех подряд. И мне пришло в голову, что переносить мелочи можно и с помощью соколов. Они же дрессированные и всегда возвращаются к хозяину. А что, если у Келлера имеется снаружи связник, к которому соколы и летают через горы? И тот привязывает к их лапам небольшие посылочки и отправляет назад?

Даниэль излагал свою версию с энтузиазмом, однако Коринна остудила его пыл:

— На самом деле руководство клиники рассматривало подобный вариант. Они консультировались у сокольников и орнитологов, и все твердили одно и то же: это невозможно. Использовать соколов для переноски посланий и мелких грузов бессмысленно. Почтовые голуби из них никакие. Скоростью и зрением, конечно же, они значительно превосходят других птиц, но лишены того потрясающего чувства направления, которым славятся голуби.

— М-да, — разочарованно протянул Даниэль. — Что ж, нет так нет. Может, у тебя есть версия получше?

Коринна открыла было рот, но вдруг осеклась.

— Кажется, у нас гости. — Она кивнула на дверь.

В ресторан вошла и направилась к зарезервированному столику у окна группа из четырех человек. Даниэль узнал доктора Фишера, доктора Пирса и врача-индийца, который на собрании не проронил ни слова. Четвертый мужчина был облачен в бейсболку, и Даниэль его раньше не встречал.