Читаем Чтобы душа проснулась полностью

Кроме жгучего солнца и буйного ветра пустыня знаменита и лютыми разбойниками, которые, как ураганный ветер, налетают из-за сопок или гор на путников. И как они жестоки, жадны и немилосердны! На своих быстрых конях они неожиданно наскакивают на караваны, грабят, убивают, мучают и через десять-пятнадцать минут так же неожиданно исчезают, как и появились, оставив на пустынной дороге окровавленные трупы людей, животных, разбросанное там и тут ненужное им добро.

А еще в пустыне есть лютые звери и ядовитые гады, которые из-под куста или из-под тлеющей кости, камня уязвляют путников и наносят им смертельные раны.

О, как ты опасна, пустыня! Сколько таишь ты в себе страшных опасностей и смертей!

И только святые подвижники-пустынники не боялись тебя. Они жили в пустынях десятилетиями, перенося добровольно голод, жажду, опасности. Они жили в этой страшной пустыне, охраняемые и ведомые Господом, жили, очищались и спасались.

Вечереет. Тишина. Пустыня засыпает... Будто хочет забыться в прохладной ласке ночи. Солнце давно скрыло свои лучи за горизонтом.

Неожиданно, совсем, кажется, невысоко в небе засияла звезда. Да такая светлая, яркая, необыкновенная, точно живая. Осияв своим дивным мягким светом окрестность, она плавно двинулась на запад. Одновременно с этим за песчаными барханами, там, где прячется дорога, раздались громкие крики людей. То были крики не брани и погони, а крики радости и необъяснимого восторга.

Караван? Да, это шел большой и богатый караван. Он шел с востока на запад. Шел из далекой Персиды в Иудейскую страну. Три знаменитых мудреца (волхва) возглавляли этот караван. Они вот уже несколько месяцев идут по пустыне с навьюченными верблюдами, рабами, проводниками.

Но что они так взволнованы, что так радостно выкрикивают люди, показывая руками на небо? Звезда, таинственная звезда ведет их в Иудейскую землю. Она каждый вечер с наступлением темноты появляется на небе и показывает им путь, куда идти.

Это путеводная звезда. Звезда Богомладенца Христа. Она ведет богатых мудрецов Персиды, чтобы поклониться рожденному в вертепе Богу. Впервые они увидели эту новую звезду в глубоком небе у себя на родине, в Персии. Будучи учеными и мудрыми, они тогда сразу поняли, что родился Великий Царь, родился Тот, Который принесет всем людям мир и истинное счастье. Взяв с собой драгоценные дары новорожденному Царю и собрав большой караван, они вот уже несколько месяцев движутся к цели. Свое путешествие они предпочитают совершать ночью и в тихой прохладе утра. И вот всегда с вечера, как только вновь появлялась на небе таинственная звезда, они встречали ее восторгами радости и, ведомые ею, ехали в Иерусалим.

Только старейший мудрец Мельхиор всегда оставался молчаливым. С той священной минуты, когда он первый в тот тихий вечерний час встретился с этой звездой один на один, он стал совсем задумчивым, углубленным. И когда вновь появлялась на темном вечернем небе звезда, он, как и в первый раз, вздрагивал всем телом. Его бесцветные старческие уста тихо шептали не то молитву, не то благословение небу. Чаще всего он тихо произносил: «О Ты, Владыка, Царь мира и добра, милостиво благоволи мне только увидеть Тебя и потом спокойно умереть». При этом слезы умиления текли по его впалым щекам. Понукая своего чистокровного персидского коня идти вперед и вперед, он время от времени поднимал свой благоговейный взор на звезду, и слова трепетной молитвы и благодарения невольно лились из старческих уст, вызывая из очей обильные слезы. «Это Его звезда, — думал про себя старый волхв. — Она путеводит нас к Нему. Сколько веков измученное грехом человечество ждало Его пришествия. И вот Он пришел, и звезда Его сияет пред моим взором. Как стремится душа моя к Тебе, как она горит огнем нежности и любви! Как я увижу Тебя: в каких чертогах и дворцах Твое место? Какие знатные и славные люди теперь окружают Твою богатую колыбель, выражая Тебе наперебой покорность и почтение?»

Вдруг рядом со старым волхвом раздался крик радости: «Город, город Иерусалим!»

Мельхиор вздрогнул, поднял глаза, белый, как птица, увешанный золотой упряжью конь его остановился как вкопанный. Ехавшие рядом два других мудреца, Каспар и Валтасар, также остановили своих коней.

Вдали через синеву пустыни виднелся священный город Иерусалим. Он так был красив и величествен, что мудрецов из далекой Персиды объяли трепет и таинственный страх. Весь караван замер. Были слышны только дыхание коней и биение сердец.

«Так вот в каком величественном граде изволил родиться Он, — тихо сказал Мельхиор, — воистину по красоте и величию нет Ему подобного во всем мире».