Читаем Читающее Средневековье полностью

Интересно, что ход работы Иеронима над переводом библейских текстов был хорошо документирован им самим в его переписке с другими богословами, причем более 120 этих посланий сохранились до наших дней – и они даже публикуются вместе с текстами Вульгаты. Очевидно, что Иероним Стридонский вполне понимал сложность поставленной перед ним задачи и относился к ней очень серьезно, так как в своем послании Папе Дамасию, кстати говоря, свидетельствующем о большом его уме, писал:

«Ты убеждаешь меня пересмотреть старолатинскую версию, засев за разбор копий Писания, рассеянных ныне по всему миру; и поскольку все они отличаются друг от друга, ты хочешь, чтобы я решил, какая из них согласуется с греческим подлинником. Это труд любви, но труд в одно и то же время и рискованный, и дерзновенный, ибо, судя других, я выставлю себя на всеобщий суд. Кроме того, как отважусь я изменить язык мира, когда он убелен сединой, и снова вернуть его к ранним дням детства? Найдется ли человек, ученый или неуч, который, взяв в руки этот том и поняв, что прочитанное идет вразрез с его привычными вкусами, не разразился бы немедля бранью, не назвал бы меня фальсификатором и профаном за то, что я осмелился дополнить древние книги, изменить их или исправить?»

(Перевод С. Бабкиной)

И да, действительно, многие богословы встретили его Библию очень прохладно, а многие просто… плевались! Но со временем отношение к его трудам изменилось в лучшую сторону. Недаром Иеронима Стридонского почитают и католическая, и православная церковь: первая – святым, вторая – блаженным. В VIII веке его причислили к Отцам Церкви, ну а сегодня к святым. Так что Вульгату Иеронима признали. Но уже к IX веку ее текст вновь подвергся множеству искажений. А все потому, что монастырские скриптории, где монахи переписывали богословские книги, попросту не успевали выпускать ее копии в достаточном количестве и потому допускали множество ошибок. В очередной раз возникла необходимость создания стандартного текста для монастырей и школ в эпоху «Каролингского возрождения», чем и занялись самые известные ученые того времени: богослов Алкуин и епископ Теодульф Орлеанский, а позднее – Петр Дамиани и Ланфранк. Причем Алкуин создал наиболее совершенную версию ее текста, оказавшего решающее влияние на все последующие поколения рукописной Вульгаты. Причем необходимость такой работы, служащей укреплению церкви, а значит, и его, императорской власти хорошо понимал и сам Карл Великий, который своим капитулярием (указом) 789 года, среди всего прочего, повелел:

«…Чтобы были в каждом монастыре и приходе хорошие экземпляры католических книг… и не должно позволять мальчикам портить их при чтении или делать на них надписи; если же необходимо записать [то есть переписать] Евангелие, Псалтирь или требник, пусть пишут люди совершенных лет со всем тщанием…»

4. Миниатюра из манускрипта 2-й четверти IX века На ней Алкуин (в центре) и Рабан Мавр (слева) подносят свои книги епископу Отгару Майнцскому. Австрийская национальная библиотека, Вена


Причем самое интересное, что с V по XV век сохранилось более 10 000 манускриптов Вульгаты, в которых было представлено около 300 вариантов различного расположения библейских текстов и множество текстовых расхождений. Ну, до нас текст Вульгаты дошел огромном количестве рукописей, различающихся между собой. Принято различать их по… региональному признаку. Так что существуют такие изводы Вульгаты, как итальянский, испанский, галльский и даже… островной (ирландский)!


Перейти на страницу:

Все книги серии История и наука Рунета

Дерзкая империя. Нравы, одежда и быт Петровской эпохи
Дерзкая империя. Нравы, одежда и быт Петровской эпохи

XVIII век – самый загадочный и увлекательный период в истории России. Он раскрывает перед нами любопытнейшие и часто неожиданные страницы той славной эпохи, когда стираются грани между спектаклем и самой жизнью, когда все превращается в большой костюмированный бал с его интригами и дворцовыми тайнами. Прослеживаются судьбы целой плеяды героев былых времен, с именами громкими и совершенно забытыми ныне. При этом даже знакомые персонажи – Петр I, Франц Лефорт, Александр Меншиков, Екатерина I, Анна Иоанновна, Елизавета Петровна, Екатерина II, Иван Шувалов, Павел I – показаны как дерзкие законодатели новой моды и новой формы поведения. Петр Великий пытался ввести европейский образ жизни на русской земле. Но приживался он трудно: все выглядело подчас смешно и нелепо. Курьезные свадебные кортежи, которые везли молодую пару на верную смерть в ледяной дом, празднества, обставленные на шутовской манер, – все это отдавало варварством и жестокостью. Почему так происходило, читайте в книге историка и культуролога Льва Бердникова.

Лев Иосифович Бердников

Культурология
Апокалипсис Средневековья. Иероним Босх, Иван Грозный, Конец Света
Апокалипсис Средневековья. Иероним Босх, Иван Грозный, Конец Света

Эта книга рассказывает о важнейшей, особенно в средневековую эпоху, категории – о Конце света, об ожидании Конца света. Главный герой этой книги, как и основной её образ, – Апокалипсис. Однако что такое Апокалипсис? Как он возник? Каковы его истоки? Почему образ тотального краха стал столь вездесущ и даже привлекателен? Что общего между Откровением Иоанна Богослова, картинами Иеронима Босха и зловещей деятельностью Ивана Грозного? Обращение к трём персонажам, остающимся знаковыми и ныне, позволяет увидеть эволюцию средневековой идеи фикс, одержимости представлением о Конце света. Читатель узнает о том, как Апокалипсис проявлял себя в изобразительном искусстве, архитектуре и непосредственном политическом действе.

Валерия Александровна Косякова , Валерия Косякова

Культурология / Прочее / Изобразительное искусство, фотография
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже