– Над версиями работает целое управление, – думая, что считывает его мысли, раскрывал дальше карты Игорь. – Но кто-то должен сидеть на острие иглы. Вдруг потребуется в самый последний момент сломать ее? Времени на все про все – всего-то меньше недели, – подтвердил капитан свои гарантии быстрого освобождения.

Но это смотря кому быстрого. Из Хабаровска, в котором он был бы сам себе хозяином, Олег мог в крайнем случае смотаться на встречу – никто бы и не узнал. А вот Лубянка подобного не позволит…

Попытался зацепиться за последнюю соломинку:

– А почему ты решил, что времени уйдет меньше недели?

– У Охотника виза до первого сентября.

Догнали! Первое – это уже осень. Детишки в школу, шпионы – в Америку.. А он – в отпуск. После 31 августа никому не нужный. Сколько надежд возлагалось…

– Загружаемся, – ногой подвинул сумку к стойке регистрации Штурмин. Попутно и равнодушно при этом вспомнил, что впервые не взял с собой в дорогу неразлучные инструменты.

Глава 5

Последние командировки позволили Штурмину приметить две особенности, незаметно появившиеся в обществе.

Если в поездах народ все больше читает оставшиеся на коммунистических позициях «Советскую Россию» и «Правду», не забывая при этом громогласно поносить власть, то в самолетах пассажиры молчаливо шелестят многостраничным «Коммерсантом» и чопорными «Известиями».

Больше стало сдаваться командиру экипажа на время полета пистолетов. Им с Игорем пришлось выстоять целую очередь, чтобы расстаться со своим оружием до приземления в Архангельске.

– Так входят в цивилизацию, мой друг, – глубокомысленно изрек Игорь, согласившийся с наблюдениями Штурмина.

– Мне кажется, человечество выбрало не самый лучший путь к ней, – осторожно намекнул Олег на сегодняшнюю ситуацию в стране.

… В отличие от Калининграда, Архангельск встретил без солнца, а тем более без радуги – так, скверненькое серенькое северное беспогодье. Благо, что не зима. И в город ехали медленно, хотя никаких «солдат Гитлера» вдоль дороги в полный рост не вставало, просто вся дорога оказалась вспученной.

– Город на болотине-то, – водители всегда оправдываются за медлительность машин, боясь, как бы их самих не уличили в непрофессионализме. – Сколько тут уже слоев асфальта набухали – бесполезно.

Поселиться пришлось в городской гостинице. Первым делом Олег невольно посмотрел на плафоны и с улыбкой вспомнил Татьяну Сергеевну – заставила-таки обращать внимание на сервис. Две машины – от ФСБ и полицейская – стояли в ожидании под окнами, и первым управившийся с новосельем Игорь предложил:

– Я проеду к местным контрразведчикам, прощупаю на всякий случай все возможное с Плесецком по их данным. А ты, наверное, пока свободен.

– А потом скажешь: «Мы пахали», – не принял такой жертвы Штурмин. – Мотнусь в охотхозяйство.

Подъезжая к охотничьему управлению, Штурмин вдруг поймал себя на мысли, что исчезнувшего архангельского егеря представляет так, будто это Богданович. Два объявленных в розыск фигуранта слились воедино, и он посчитал это плохой приметой: значит, они еще не отпечатались в памяти каждый на своей полочке. А отличаться они обязаны, как пятак и копейка – и на вес, и на ощупь, и на значимость.

Главный архангельский охотник с большой вышитой звездой в зеленых петлицах срочно уезжал в мэрию и поручил Олега «генерал-полковнику» – у бородатого жилистого заместителя красовались три звезды поменьше. Он завел в кабинет, увешенный шкурами и рогами, картами и фотографиями, усадил гостя за стол напротив себя. А почувствовав, что собеседник еще и слушает заинтересованно, вывалил белорусским говорком все болячки и проблемы – от подкормки зверя до отсутствия запчастей к снегоходам.

– А иностранцы? Они на что любят охотиться? И как часто приезжают?

– Если откровенно, рассчитывали на большее. Дикие условия тайги, дикие звери… Надеялись на фанатиков охоты.

– Нету?

– Таких, как наши, – и близко! Им в первую очередь подавай комфорт, а наши сторожки еще дедами построены, топятся по-черному.

– А вы можете сейчас, по фамилии, определить – куплена ли этим человеком лицензия? – начал сужать круг интересов Олег. Правда, тут же прикусил язык: в розыске заранее никогда не произносятся конкретные имена. Но поправился легко: – Я мог бы посмотреть списки тех, кто заказал себе охоту на ближайшие дни?

– Конечно. – Охотник полез за листочками, долго копался в них, отбирая необходимые. Подал тощенькую стопочку.

– Здесь все? Или могут каким-то образом оказаться неучтенные? – зарывался в глубину своих проблем Штурмин.

– Если заявки официальные, а не браконьерство, то – все. Но списки могут меняться каждый час: заявок немного, поэтому мы принимаем их по мере поступления.

– Я посмотрю то, что имеется? – деликатно попросил Олег оставить его одного.

Хотя можно было не оставаться – фамилии Охотника, под которой тот въехал в страну, не оказалось. Думает объявиться за день? Если рейс послезавтра, то до конца визы у него остается ровно неделя. Куда направит янки свои стопы? Где поведет охоту? И на что?