Читаем Чистильщики полностью

Начал Трофимов с секретарши, пересадив ее не так, как ей удобно – вдали у окошка, – а чтобы находилась рядом с дверью начальника. Не защита, конечно, но дополнительное препятствие в случае чего. Затем проверил чердак здания, вылез на крышу. Сбил с нее скобы, зацепившись за которые можно было спуститься к окну шефа на лагах. Лично забрался в канализационный люк, расположенный во дворе офиса, вычертил схему подземных коммуникаций. Закрыл и опломбировал его.

Уж неизвестно под каким предлогом, но посетил в доме напротив все квартиры, из окон которых могли дотянуться до офиса взгляд или выстрел. Установил камеру наблюдения у входа в здание и вывел экран в приемную, обязав секретаршу следить и за ним. Та взвыла, но негромко: благосклонность шефа к новичку пугала, но заставляла подчиняться.

А Трофимов шел все дальше и дальше, вплоть до того, что уговорил Юрия Викторовича купить вторую личную машину с затемненными стеклами. И теперь с работы, деловых переговоров или дружеских вечеринок автомобили выезжали одновременно, разъезжаясь в разные стороны на первом же перекрестке. А когда телохранитель составил списки самых «крутых» в городе, а затем съездил в милицию и представился начальнику отделения, – это вначале удивило, но потом понравилось Богдановичу.

– Откуда навык? – не смог он скрыть своего удовлетворения.

– Иду от обратного: что и как делал бы сам, задумав или получив заказ убрать вас.

– Не глубоко ли берем? Не такая уж я персона, – подразумевая обратное, попытался покрасоваться Богданович.

– Опасность желательно прогнозировать и по возможности отдавать ее милиции, а не подставляться героически под нее самим, – мягко возразил Максим.

– Разумно.

– А теперь я хотел бы услышать от вас о всех возможных недоброжелателях – по коммерции и в личной жизни.

– Таких вроде не осталось. Кто был – тот сплыл, – несколько туманно и загадочно усмехнулся президент.

– Есть! – без доли сомнения и на этот раз жестко, категорически не согласился Трофимов. – Вас опять свозить на кладбище?

Были они одногодки, и, не попади в зависимость друг от друга, при определенных обстоятельствах могли бы и дружить, крутить общие дела, ездить в одни сауны и вызывать одних девочек. Но взаимных интересов, кроме защиты тела, пока не находилось. Да и не испытывали в том особой нужды, потому и старались держать ту дистанцию, которая установилась в самом начале: один платит другому до тех пор, пока жив. Поэтому безопасность охраняемого выгодна обоим.

Подобный расклад проверился достаточно скоро. Заподозрив что-то неладное после одной из вечеринок, Трофимов пустую машину отправил по домашнему адресу шефа, а тому предложил переночевать у себя.

– На товарища Сталина тоже покушались, – в задумчивости произнес подвыпивший, расслабившийся Богданович. Поездка на кладбище все же подзабылась, вокруг его персоны не происходило ничего опасного, что оправдывало бы высочайший гонорар телохранителю, а в офисе шептались о вышедшем на первые роли новичке все громче и нелицеприятнее. – Правда, потом выяснилось, что это были инсценировки товарища Берии, желавшего поддержать свой авторитет.

Сказал и посмотрел в зеркальце, где в узкой блестящей полоске отражались глядящие вперед глаза охранника. После этих слов они сузились, но, верный себе, Трофимов от комментариев воздержался, лишь посмотрел на часы:

– Извините, моя служба у вас на этом закончилась. Остановитесь, пожалуйста, – вежливый на словах, тем не менее сжал колено водителю так, что тот, если бы и хотел двигаться дальше, не смог бы пошевелить ногой. – А вам счастливо добраться, – в зеркальце, не обернувшись, пожелал Богдановичу.

Тот дернулся на заднем сиденье – что за выпендреж, но потом усмехнулся и даже прикрыл глаза: скатертью дорога. Тот, кто платит, не должен никому.

– Больно уж самоуверен, – осторожно внес свои пять копеек в общее недовольство телохранителем водитель, растирая затекшую ногу.

Но первый и пожалел, что взялся подыграть общественному мнению, когда буквально на следующем светофоре их взяли в «коробочку» две «БМВ». Их водители через приоткрытые окна показали ему и Богдановичу – съезжаем на обочину и останавливаемся. И без шуток.

– Остановись, – согласился вмиг протрезвевший Богданович.

Он еще надеялся на свое имя или, в крайнем случае, на недоразумение. Но пистолет перезарядил и о Трофимове тоже вспомнил: слишком открытым оказываешься, когда никто не сидит на переднем сиденье!

– Хорошая ночь, – начали издалека вышедшие из машин водители. Ясно, центровые-основные остались пока в машине. – А еще лучше беседы при ясной луне. Как насчет поговорить по душам?

Ответить Богданович не успел, хотя, если откровенно, еще не придумал, как вести себя: открывать стрельбу на поражение первому, уходить на скорости или все же выяснить, кто и чего от него хочет. Чуть сзади затормозила «Волга»-такси, из нее вылез… Трофимов. Оценив ситуацию, скрестил руки на груди и остался стоять поодаль.

– Вы что-то о погоде? – смог теперь со вздохом облегчения переспросить Богданович.