Читаем Чистилище. Исход полностью

– Я тут комнату снимал когда-то, у метро Тушинская. Учился в… Не важно. Вот уж не думал, что Тушино – остров. Ладно, давай пока иметь резервным вариантом улицу Свободы, но с нее надо как можно скорее уходить влево. Если наше предположение верно и зомбаки по какой-то причине к реке не только на водопой ходят, то…

– Предположение? – Спец тронул ухо и поморщился. От него осталась едва половина. – Это уже не предположение, командир.

– То мы оказываемся в стеснительном положении, – упрямо закончил майор. – Тогда надо будет искать способ организовать ночевку. Попытаемся защитить технику. Для этого нам нужно больше топлива, чтобы на всю ночь организовать огненное кольцо.

– Ага, очень этим гадам нужна наша техника! Им только мясо наше нужно, вот и все. Только хватит разговаривать, Семеныч, берись за ствол. Подъезжаем.

– Эй, в кузове! – Белоглазов уже привычно высунулся. – Подъезжаем, будьте готовы!

– Всегда готовы! – без энтузиазма откликнулся Толик.

Трое стрелков и правда подготовились, насколько могли. Жаркую, промокшую и теперь, видимо, уже бесполезную и изодранную «спецодежду» первым с себя сорвал Кунгур. Полотенца, тряпки, упаковки тампонов и ватные прокладки – все полетело на пол.

– Ух, легче стало! – Кунгуров утер пот с красного лица и спокойно открыл еще бутылку воды. – Не смотрите на меня так. Очень уж обидно будет умереть не попивши, а шансов на это много. Думаю, если прорвемся, простит нам майор несколько бутылок. Зато у меня перед глазами радуга раскачиваться перестанет, а то я уже стрелять не могу!

Кунгур всегда был самым дисциплинированным, поэтому пристыдить его оказалось некому. Толик и Максим вмиг освободились от бесполезной защиты, и им действительно стало легче. Только Марья Петровна, поглаживая забинтованную ногу, осталась в чем была. Ей, кажется, просто было уже все равно, и смерть Даши стала последней каплей. Она достала откуда-то из внутреннего кармана бумажник и, прячась от всех, стала что-то рассматривать в нем.

– Фотографии, наверное! – шепнул Толик Максиму, передавая бутылку. – У нее дети есть, не знаешь?

– Если были, то уже были, – пожал плечами Макс. – У нас у всех кто-то был, не заводи патефон.

Теперь, сбросив лишнее, оказалось куда удобнее распихать патроны по карманам, так что бойцы разобрали весь боезапас. Выходило, что на один серьезный бой хватит, а вот потом, чем бы бой ни кончился, им снова придется взяться за факелы, которые всем хороши, кроме одного: зомбака ими не убьешь. Разве только полить предварительно бензином? Но ведь он стоять не будет и, пока поливаешь, обгложет тебя до костей.

Получив предупреждение от Белоглазова, все трое собрались за кабиной, вглядываясь вперед. Уже остался справа не так давно построенный стадион «Спартак», теперь они приближались к каналу имени Москвы. Машины, вставшие на шоссе, пока еще мешали видеть далеко вперед, но, располагаясь выше, стрелки первыми заметили движение по сторонам на эстакаде впереди. Зомбаки, по одному и группами, выскакивали снизу – откуда-то от невидимого канала, от воды, и собирались над дорогой, по которой должен был проехать МАЗ.

– Юрий Семенович, там они! – первым заорал Кунгур. – Видим, собираются!

– Сколько их?!

– Десятки, но мы не всех видим – наверное, за сотню уже! Внизу ведь наверняка тоже ждут!

Максим чуть не рассмеялся. Если отсюда, издалека, они уже видели десятки зомбаков, то логичнее предположить, что впереди все перекрыто толпой, в которой их может быть и тысяча, и две. Они слышат двигатель, и они понимают: приближается свежее мясо, которое они так любят! Инстинкт гонит зомбаков на звук, а Спец, как нарочно, замешкался, объезжая столкнувшиеся мусоровоз и автобус.

– Смотри, не загони нас в тупик на выезде! – попросил Белоглазов. – Прикидывай прямо сейчас, как развернуться, если что! Чтобы не зажали на мосту!

– Да помню, помню я! Только нет тут никакого моста, тоннели одни, да эстакада, я вообще не помню, чтобы я этот чертов канал видел!

Спец, вырвавшись на свободное пространство, нажал на педаль, и мотор взревел. Теперь и майор видел: да, их ждали, ждали с нетерпением. Зомбаки легко, одним движением впрыгивали на крыши легковых машин и алчно смотрели на приближавшийся грузовик. Десятки, если не сотни, свесились с эстакады, выжидая. Не выдержав, Белоглазов вылез на подножку, чтобы лучше оценить ситуацию.

– Не проехать, майор! Не проскочим! – кричали из кузова.

Он не слушал их, но, всмотревшись, все увидел сам. Впереди их ждал не мост, а тоннель, перед которым собралась огромная толпа, и она все увеличивалась – из тоннеля бежали навстречу МАЗу сотни мокрых зомбаков. Подкрепление шло и с обеих сторон, и даже сверху: нетерпеливые зомбаки сыпались вниз с эстакады. Белоглазов вернулся в кабину, зло хлопнув дверью.

– Уходим вбок! Давай, крути баранку!

– Рано теперь! – Спец продолжал гнать вперед. – Под этой эстакадой придется проскочить, а уж перед тоннелем я на газон выверну и прорвемся как-нибудь!

– Как-нибудь?!