Читаем Чистилище. Исход полностью

– Огнестрел надежнее всего. Был бы калибр подходящий. А лучше бы БМП с полным боезапасом, вот тогда бы я себя тут спокойно чувствовал.

Спец вздохнул и, вывернув руль, неожиданно повел грузовик по обочине – на этом участке машины почему-то сгрудились все у противоположной стороны шоссе и в середине.

– Боеприпасы делают на заводах, майор. Заводам нужны специалисты, электроэнергия, а самое главное – сырье. Если у нас по всей стране вот такой беспредел творится, то как бы у нас проблемы не возникло с боеприпасами. Я думаю о том, как обороняться здесь и сейчас, например.

– Тогда обязательно испробуй на них осиновый кол, – посоветовал Белоглазов. – Осин в России на всех хватит, заводы не нужны.

– И попробую! – пообещал Спец. – И серебро попробую, на то я и Кулибин гаражный, чтобы все попробовать! Только посмотри-ка вот туда, командир. Мне не мерещится?

За разговором, перемежавшимся стрельбой по зомбакам, они уже почти добрались до МКАДа. Здесь Волоколамское шоссе приближалось к самой Москве-реке, перед тем как уйти немного севернее. Солнце стояло еще высоко, и в свете его лучей было видно, что не только берег, но и река просто кишат зомбаками. Одни бесцельно слонялись по мелководью, другие, кажется, просто лежали в воде, и было их так много, что казалось, по их телам можно было перейти на другой берег.

– Утопленники?! – воскликнул майор. – Черт возьми, да их тут… Десятки тысяч!

– Похоже, что….

Неизвестно, что собирался сказать Спец, но речь его закончилась длинным ругательством. Заслышав грузовики, все зомбаки, как по команде, повернули головы на звук, а потом побежали к шоссе. Скорость передвижения этой толпы была просто пугающей, но еще ужаснее выглядела река. «Утопленники» оказались весьма подвижны, и их мощный, единовременный заплыв в буквальном смысле вспенил неширокую реку. Видно было, как бродившие по противоположному берегу зомбаки кинулись в воду и поплыли за остальными.

Белоглазов, не в силах оторвать взгляда от этой страшной, но захватывающей картины, только рявкнул:

– Гони! Гони, рискуй, как хочешь, но они не то что грузовик, они танк сомнут!

– Да и так гоню, как могу, Семеныч! – жалобно ответил Спец, зачем-то пригибаясь к рулю. – Выручай, ласточка! Не подведи!

– Эй, в кузове! Патроны зря не жечь, толпу автоматным огнем не поливать! – на всякий случай крикнул Белоглазов. – Заберутся в кузов – поджигайте все, что можете, только смотрите, чтобы канистра не рванула!

Ответа не последовало. Все пятеро ехавших в МАЗе с ужасом наблюдали за настоящим цунами из тел, которые еще можно было назвать человеческими. Волна надвигалась на них быстрее, чем мог двигаться Спец, то и дело бивший бампером по загораживавшим путь машинам. От постоянных сотрясений всем приходилось держаться за борта, да и какой смысл был открывать огонь по такой массе? Зомбаки не заметили бы потери даже тысячи. Всех немного привела в чувство ожесточенная стрельба, раздавшаяся из кузова второго МАЗа. Та «стая шакалов», которая преследовала колонну, теперь, воодушевившись, предприняла атаку. Скорость, которую в отчаянии развил Спец, могла бы помочь оторваться хотя бы от них, да вот беда: Сашка запаниковал. Он с трудом вписывался в пробиваемые ведомым «окна» в заторах, отчаянно крутил руль, но отставал все больше.

– Господи, спаси и сохрани! – запричитала Мария Петровна, видимо больше ничего из молитв не помнившая. – Господи, спаси и сохрани!

– Даша, дай мне ее факел! – рявкнул Кунгур, перехватывая винтовку одной рукой. – Мы прорвемся, как раз прорвемся, если только…

– Если Бесенок отстанет, – закончил за него Толик.

Машины медленно, слишком медленно отдалялись от реки. Уже совсем близко маячила сложная развязка у МКАДа, там, на железобетонных подъемах, преследовать грузовик зомбакам будет труднее, им придется вытянуться в линию. Тогда удастся отбиться. Но рычащая, воющая, вопящая волна была уже совсем рядом. Максим до боли прикусил руку, чтобы избавиться от дрожи. Вот теперь надо стрелять по-настоящему, все остальное было только разминкой.

Они видели, как Бесенок, отчаянно кривя рот, пытался вписаться в невозможный поворот, и все же уткнулся в «Газель», заблокированную КАМАЗом. Ему пришлось сдавать назад, и это означало смерть. Сидевший рядом с ним мужчина по фамилии то ли Красиков, то ли Карасиков, вывалился из кабины с автоматом и, стреляя через плечо, побежал следом за ведущим МАЗом. Поздно: волна зомбаков достигла второй машины. Сашка даже не пытался сопротивляться, только уронил голову на руки, сжимавшие руль. Произошедшее дальше наблюдать было уже невозможно: Спец ушел на встречную полосу, объезжая затор. Стрельба позади стихла почти сразу, долетели несколько истошных воплей.

– А теперь мы! – крикнул Кунгур и открыл огонь по набегавшим тварям.