Читаем Чёрный настрой полностью

Но менее рациональная часть моего разума была куда менее… ну, рациональной в отношении этого. Даже сейчас, перед всеми этими людьми, мне приходилось подавлять желание подтолкнуть его к большему. Та часть меня была агрессивной, требовательной, желающей слиться с ним в такой манере, которую не совсем понимал мой аналитический ум. Она также хотела, чтобы Блэк раскрылся, аутентично верный самому себе. Та часть хотела его со мной — и за пределами все более плотной стены, которую он носил вокруг своей личности как живой щит.

Какая бы часть меня ни кричала об этом, она не казалась мне особенно понимающей потребность Блэка в личном пространстве.

Просто пребывание в его свете те несколько драгоценных секунд сумело расслабить что-то во мне настолько сильно, что я бы даже смутилась, если бы могла заставить себя переживать на этот счёт. Я чувствовала те свои части, которые хотели от Блэка этого, которые требовали, чтобы он дал мне почувствовать себя, тогда как мой логичный разум продолжал бороться с чистой агрессией, скрывавшейся за этим порывом.

«Расслабься, док, — он омыл меня теплом. — Расслабься… с нами все хорошо. Все хорошо».

И все же я почувствовала, как он вновь слегка отстраняется.

Как только он это сделал, мне пришлось прикусить губу, чтобы не сорваться на него.

Я все ещё боролась с этими противоречивыми стремлениями, когда мы вошли через вращающиеся стеклянные двери, выплюнувшие нас в устеленное коврами двухэтажное лобби. Массивная люстра свешивалась из середины круглой мозаики в центре потолка. Слева от нас стоял стол администратора и билетная касса, а также гардероб и охрана.

Я знала, что через два часа или около того то же самое лобби будет кишеть людьми. Мы проезжали мимо очереди по дороге сюда, так что я знала, зал будет переполнен. Блэк сказал мне, что некоторые занимали очередь с середины дня. Очевидно, корпоративные билеты в три раза подскочили в цене с тех пор, как Блэка заявили в качестве гостя.

Мысль об этом вызвала очередной укол паники.

Заставив свой разум сдержаться, я окинула взглядом лестницы, подмечая те, что вели к темно-красным двойным дверям в аудиторию. Я все ещё глазела по сторонам, когда от двери донеслись очередные крики — несколько репортёров попытались пробиться в лобби через охрану.

Фаррадэй поймал меня за руку.

Я думала, он оттаскивает меня от шумихи снаружи, но он удивил меня, притянув в объятия и поцеловав в щеку.

— Так рад видеть тебя, Мириам, — просиял он, держа меня за руку. — В Сан-Франциско я ужасно по тебе скучал. Ты выглядишь великолепно, как обычно! Прямо-таки светишься, моя дорогая! И что за очаровательный костюм сегодня на тебе.

Я посмотрела на свою длинную юбку и блузку с глубоким круглым декольте. По правде говоря, учитывая все фанфары снаружи, я чувствовала себя одетой совершенно неуместно. Мне стоило прислушаться к модному консультанту Блэка, Джонасу, который хотел, чтобы я надела золотистое мини-платье — вероятно, под цвет глаз Блэка. Однако эта проклятая штука вынуждала меня чувствовать себя полуголой, особенно когда свет падал сзади.

«Это лучше, — тихо пошутил Блэк. — Я видел то, что у него висело на вешалке, и уверен, что если бы ты его надела, я бы все интервью просидел со стояком».

Когда я опешила и подняла взгляд, Блэк нахмурился, из его выражения ушло все веселье.

«Этот парень — бл*дский извращенец…» — пробормотал его разум.

Блэк продолжал нависать надо мной, но Фаррадэй, казалось, едва замечал. Его глаза не отрывались от моих, когда я повернулась лицом к низкому мужчине, и меня тронуло, что они едва не увлажнились.

До меня только дошло, что я не видела его во плоти с самого аэропорта в Бангкоке.

Как только эта мысль отложилась в сознании, я тоже его обняла. Может, даже крепче, чем стоило.

Фаррадэй улыбнулся ещё шире, когда я отпустила его спину.

Затем он повернулся, скользнув справа от меня и подцепив мою руку своей.

— У них там в задней части подносы с десертами, — доверительно сообщил он мне на ухо, ведя по красному узорчатому ковру. — Некоторые из них на удивление хороши.

Вспомнив наш совместный завтрак в Бангкоке, я рассмеялась.

— Я так понимаю, ты добилась не очень больших успехов в усмирении его выходок? — сказал он потом, украдкой закатывая глаза на Блэка и улыбаясь, пока вёл нас к боковой двери на лестницы. — Я сказал ему держаться тише воды, ниже травы, и вот как он мне отплатил? Две недели здесь, и он уже планирует собственные пресс-конференции, и на каждом шагу за ним следуют проклятые папарацци? Я думал, ты собиралась научить его, как вести себя нормально?

Я рассмеялась.

— Серьёзно? Ты свалишь это на меня?

— Нет, — Фаррадэй вздохнул. — К сожалению, подозреваю, «нормально» никогда не будет присутствовать в репертуаре Квентина.

Я снова рассмеялась, и Фаррадэй улыбнулся мне.

Сжав мою руку, он наклонился поближе, чтобы Блэк его не услышал.