Читаем Чёрные деньги полностью

Я вызвался собрать некоторые ее вещи. Пока Сильвестр успокаивал ее в гостиной, я вошел в большую спальню на втором этаже. Кровать, являющаяся центром всего, была круглой, около девяти футов в диаметре. Я уже насмотрелся на эти королевских размеров кровати, похожие на алтари старых Богов. Кровать была не прибрана, и мятые простыни говорили о том, что здесь занимались любовью.

Чемоданы стояли на полу в шкафу под рядом пустых вешалок. Они были нераспакованными, за исключением тех, вещи из которых потребовались на ночь: ночная рубашка Джинни, щетка для волос, зубная щетка, косметика, бритва Мартеля, его пижама. Я быстро просмотрел его чемоданы. Большая часть его одежды была новой и хорошего качества, некоторые вещи с этикетками магазинов на Бонд-стрит. Помимо книги "Размышления" на французском, я не обнаружил ничего личного, и даже на этой книге на титульном листе не стояло фамилии.

Позднее, когда проезжали через бесконечные пригороды Монтевисты, я спросил Джинни, знала ли она, кем был ее муж. Сильвестр дал ей успокаивающего, и она сидела между нами, положив голову на его вытянутую руку. Потрясение от смерти Мартеля привело к тому, что она как бы впала в детство. Ее голос звучал полусонно:

- Он - Фрэнсис Мартель из Парижа, вы это знаете.

- Я думал, я знаю, Джинни. Но сегодня всплыло другое имя - Фелиц Сервантес.

- Я никогда не слышала об этом человеке.

- Вы встречали его, или он встречал вас на встрече членов кружка французского языка в доме профессора Таппинджера.

- Когда? Я бывала на дюжине таких встреч.

- Эта происходила семь лет назад в сентябре. Фрэнсис Мартель выступал там под именем Сервантес. Миссис Таппинджер узнала его фотографию.

- Могу я ее посмотреть?

Я перебрался в ряд с медленным движением и достал фото из кармана пиджака. Она взяла карточку. Затем какое-то время молчала. Мы оттеснили полуденное движение на трассе к левой стороне. Водители осуждающе посматривали: мы мешали движению.

- Это действительно Фрэнсис стоит у стены?

- Я почти уверен, что он. Вы его знали в те дни?

- Нет, а могла ли?

- Он вас знал. Он сказал своей домохозяйке, что он собирается однажды разбогатеть, вернуться и жениться на вас.

- Но это смешно.

- Не очень. Так это и произошло!

Сильвестр, молчавший всю дорогу, прорычал что-то на меня, вроде того, чтобы я заткнулся.

Джинни в задумчивости свесила голову над снимком.

- Если это Фрэнсис, что он делает с Кетчелами?

- Вы их знаете?

- Однажды встретила.

- Когда?

- В сентябре, семь лет назад. Мой отец взял меня на обед с ними. Это было как раз перед его смертью.

Сильвестр рычал на меня:

- Хватит этого, Арчер. Сейчас не время, чтобы рыться во взрывчатом материале.

- К сожалению, я имею только это время. - Я обратился к девушке: - Вы не возражаете продолжать беседовать со мной об этом?

- Нет, если это поможет. - Она ухитрилась выдавить болезненную улыбку.

- О'кей. Что-нибудь произошло во время этого обеда с Кетчелами?

- Ничего особенного. Мы что-то ели во дворике его коттеджа. Я пыталась заговорить с миссис Кетчел. Она местная девушка, как она сказала, но это было единственно общее между нами. Она сразу же возненавидела меня.

- Почему?

- Потому что я понравилась мистеру Кетчелу. Он хотел что-то сделать для меня, помочь с образованием и тому подобное.

Ее голос звучал безжизненно.

- Ваш отец знал об этом?

- Да, это и было целью обеда. Рой был очень наивен, пытаясь использовать кого-то. Он думал, что может использовать людей, и они помогут ему, а самому нечем было платить.

- Использовать для чего? - спросил я.

- Рой был должен Кетчелу деньги. Рой был хороший человек, но к тому времени он должен был всем. Я не могла ему помочь. Ничего не вышло бы хорошего, если бы был принят план Кетчела. Мистер Кетчел относится к разряду людей, которые берут все и ничего не дают. Я сказала об этом Рою.

- А что это был за план?

- Все было очень неопределенно. Но мистер Кетчел предложил послать меня в школу в Европу.

- И ваш отец пошел на это?

- Не совсем. Он просто хотел, чтобы я подмаслила немного Кетчела. Но мистер Кетчел хотел иметь все. Люди хотят все получить, когда они бояться, что умирают.

Девушка меня удивила. Я напомнил себе, что она не девочка, а женщина с коротким и трагическим замужеством, ставшим уже прошлым. У нее было долгое и тоже трагическое детство. Ее голос заметно изменился, будто она перешла из поры юности в средний взраст. Это, когда она стала звать отца Роем.

- Вы часто встречались с Кетчпелом?

- Я разговаривала с ним только раз. Он заметил меня в клубе.

- Вы сказали, что обед с ним состоялся незадолго до того, как умер ваш отец, на той же неделе?

- В тот же самый день, - сказала она. - Это был последний день, когда я видела Роя живым. Мать послала меня тогда поискать его в ту ночь.

- Где?

- Внизу не побережье и в клубе. Питер Джемисон был чать времени со мной. Он пошел в коттедж к Кетчелам, я не хотела, но их там не было. Во всяком случае, на стук они не отвечали.

- Вы не думаете, что Кетчел и ваш отец поссорились из-за вас?