Читаем Чёрное в белом полностью

Большая часть его видимой обнажённой кожи была покрыта почти высохшим слоем красно-коричневых разводов и пятен. Кровь покрывала его ладони и руки от кончиков пальцев до твёрдых как камень бицепсов, прямо до рукавов эластичной чёрной футболки, подчёркивавшей размеры его груди. Ещё больше таких же пятен и разводов покрывало его шею и одну сторону лица. Я видела кровь на его кольцах, там, где его запястья были закованы вместе и лежали на металлическом столе.

Я так же видела кровь, покрывавшую циферблат его часов в военном стиле.

Конечно, я не была экспертом, но даже если бы Ник не сказал мне, как они нашли его на улице, я бы знала это просто по его виду. Это определённо была кровь.

Этот парень буквально искупался в ней.

Это объясняло, как кровь оказалась и на рубашке Ника.

Одежда подозреваемого, включавшая в себя эту облегающую чёрную футболку, черные штаны и черные кожаные туфли, которые я видела под столом, поглотила большую часть цвета и текстуры того, что покрывало его обнажённую кожу. Ник и Глен уже заверили меня, что кровь пропитывала большую часть его одежды, видно её там или нет.

Я даже немного удивилась, что они ещё не раздели его, чтобы забрать улики.

Они даже оставили ему туфли, кольца и часы, что весьма необычно, раз они заковали подозреваемого так и приковали к полу.

Как будто прочитав мои мысли, Ник сказал:

— Криминалисты будут здесь через час. Сейчас они на месте преступления. Мы подумали, что сначала дадим тебе взглянуть… пока мы ждём.

Я наградила Ника скептическим взглядом.

В этот раз ему хватило вежливости покраснеть.

— Ладно, — сказал он, поднимая руки в сдающемся жесте. — Я хотел, чтобы ты посмотрела на него, Мириам. Он не станет говорить с нами. Я думал, ты сможешь дать мне кое-какие предложения. Пока мы не сошлём его задницу в Гуантанамо[3].

Нахмурившись, я поджала губы.

Затем я снова посмотрела на покрытого кровью подозреваемого Ника.

В этот раз я постаралась отбросить в сторону эмоциональное влияние крови и оценить самого мужчину. Я все равно не смогла получить от него что-либо обычным способом. Даже если отбросить в сторону его боевой раскрас, в этом парне что-то было. Я не могла точно указать на это пальцем, не в первые несколько секунд, но я обнаружила, что мне очень сложно отвести взгляд от его лица. Он выглядел на удивление спокойным, и эти глаза странного цвета светились умом.

Пожалуй, он выглядел настороженным.

Не совсем ждущим, но ожидающим… как будто он использовал время для более сложных ментальных упражнений, чем я могла различить. Эта его резкость была просчитанным качеством, как будто в мыслях он был занят чем-то другим.

Ещё я смутно чувствовала военного.

Только понаблюдав за ним ещё несколько секунд, я осознала, что насторожённость сообщала мне больше, чем спокойствие, которое он выставлял наружу. Что-то в этом спокойствии было обманчивым. Более того, за ним он выглядел нервным.

То есть, очень нервным.

Как будто он оставался на прежнем месте одним усилием воли.

Я быстро перепроверила своё заключение «не наркоман», но потом вернулась к предыдущему выводу. То, что я видела, происходило не из-за наркотиков. Он выглядел так, будто хотел находиться в другом месте, но при этом не боялся, не волновался и даже не злился. Он не выглядел самодовольным, как большая часть виденных мною психопатов.

Вместо этого он считал своё нахождение здесь колоссальной пустой тратой времени.

Едва увидев это, я уже не могла развидеть. Более того, до меня дошло, что он даже не старался скрыть своё нетерпение.

Я бы заметила это и раньше, если бы не старалась так усиленно прочесть его иными способами.

— Как его зовут? — спросила я.

Ник и Глен снова обменялись взглядами.

— Что? — спросила я. — Теперь что за фокусы?

— Если ты вытащишь из этого парня его имя, я куплю тебе ужин, — сказал Ник. Широко улыбаясь, он снова поддразнил меня. — Конечно, я сделаю это и бесплатно, док… просто сделайте наш день.

Глен снова фыркнул, складывая мощные руки на груди.

Подняв левую руку в жесте, который у нас с Ником с недавних пор стал дежурной шуткой, я большим пальцем постучала по помолвочному кольцу. Ник широко улыбнулся, изобразил разочарование, а потом кивнул в сторону мужчины, сидевшего в другой комнате. Мои глаза проследовали за его взглядом к парню с пятнистыми, золотистыми глазами, а голос Ника стал более полицейским.

— Он не назовёт нам имя. При нем не было удостоверения личности. Его отпечатков нет в системе.

— Таинственный парень, да? — сказала я.

Я произнесла это небрежно, даже с долей юмора. И все же я была сбита с толку. Если не считать телевидения, такого практически никогда не случалось.

Теперь никуда нельзя попасть без какого-то удостоверения личности.

— Мы ищем его через программу распознания лиц, — сказал Ник, как будто услышав мои мысли. — Мы передадим его Интерполу, если не найдём здесь. Должна же у него быть хотя бы кличка… где-нибудь.

— Никаких военных данных? — спросила я.

— В записях ничего.

Я кивнула, слушая его вполуха и хмурясь на подозреваемого.

Ничего. Он действительно был пустой стеной.