Читаем Чёрное солнце полностью

Я вынуждена была остановиться, схватиться за матрас обеими руками и опереться на ладони, стараясь удержаться на ногах и не свалиться на пол. Мой свет по спирали носился вокруг меня, мне приходилось прикладывать усилия даже для того, чтобы оставаться в сознании. Я смутно осознавала, что нахожусь на грани обморока, потери сознания и падения прямо на пол.

Я не могла упасть в обморок. Не сейчас. Не могла.

Закрыв глаза, я приказала головокружению отступить.

В итоге оно прошло — по крайней мере, настолько, чтобы я сумела постепенно выпрямиться и медленно подойти к двери спальни, периодически касаясь стен для поддержания равновесия.

Я старалась контролировать свой свет, пока шла дальше, аккуратно, но максимально быстро. Я добралась до дверного проёма, ненадолго помедлила, чтобы схватиться за деревянный косяк и восстановить равновесие, затем вошла в коридор, который вёл в гостиную.

Я видела везде полотенца, смятые тряпки, шлёпанцы без пары, вибратор на полу рядом с одеялом, испачканным в песке. Песок хрустел в ковре под моими ногами. Когда мы вернулись с пляжа, я этого не замечала, но теперь, в моем обострённом состоянии, я поражалась тому, какое количество уличных вещей мы притащили сюда. Все это валялось всюду вокруг меня — песок, земля, ракушки, которые, видимо, собрал один из нас, цветные камушки, сушёная морская звезда, куски коряг, принесённых океаном, кокос, полноценный пальмовый лист, разнообразные скелеты морских ежей.

Одни лишь слои песка ставили меня в тупик. Я просто не могла осмыслить, как мы умудрились натаскать столько песка внутрь. Мы же вроде всего один раз ходили на пляж?

Этот вопрос тоже озадачил меня.

Я добралась до гостиной, осматриваясь по сторонам. Я относительно взяла свой свет под контроль, но все ещё сумела просканировать всего двадцать футов вокруг места, где я шла или стояла.

Мой свет нашёл его.

Я ощупала его, убеждаясь, что он в порядке, и тут же ускорила шаг. Даже шагая быстрее, я все ещё слишком остро следила за равновесием, за необходимостью оставаться в вертикальном положении.

Я приободрилась, узнав, что он здесь, внутри дома, но он был не один, так что мой свет колебался между паникой и облегчением, пока я добиралась до него.

Я также просканировала людей рядом с ним.

Хоть я и идентифицировала их, я все равно не знала, что именно я чувствовала.

Я также не могла понять, что Блэк чувствовал из-за их присутствия здесь.

Я почувствовала одно — его посетители принесли новости, которые его расстроили.

Одного этого оказалось достаточно, чтобы заставить меня быстрее переставлять ноги. В итоге я почти бежала к тому времени, когда ворвалась на кухню и обнаружила их всех сидевшими вокруг деревянного стола и прислонявшимися к кухонным шкафам.

Все они повернулись, уставившись на меня широко распахнутыми глазами.

Тишина на несколько секунд заполнила пространство кухни, показавшееся мне странно чужеродным.

Я осмотрелась по сторонам и осознала, что почти забыла кухню с того первого утра, когда Блэк едва не ушёл. Его упакованный рюкзак все ещё стоял у двери, но его пинком отбросили с дороги, так что теперь он находился под окном — наверное, мы сделали это, когда выбирались к океану, или когда возвращались.

Сама кухня выглядела странно нетронутой.

Единственное исключение — бамбуковый поднос, который все ещё стоял на краю деревянного стола с пустой тарелкой, оставшейся после завтрака Блэка тем утром. Его чашка кофе все ещё стояла там, наполовину полная, но теперь наверху появилась странная плёнка.

Я осознала, что уставилась на эту плёнку, почему-то недоумевая.

Я гадала, что это такое, и имеет ли это какое-то отношение к тропикам.

— Это плесень, — сказал мне Джакс, аккуратно изучая моё лицо.

Когда я повернулась, он слегка побледнел и тяжело сглотнул. Я видела, как его глаза мельком пробежались по мне. Он быстро поднял взгляд к моему лицу и напряг челюсти.

— Вы действительно понятия не имеете, сколько времени пробыли здесь? — сказал другой голос.

В этот раз заговорила Ярли, и я повернулась, посмотрев на неё.

Прежде чем я успела сообразить и ответить ей, она хлопнула Блэка по плечу, заставив меня подпрыгнуть как минимум на несколько дюймов.

— Иисусе, Блэк, — пожурила она. — Корми свою чёртову жену. Она выглядит так, словно потеряла половину своего веса. Как вы оба этого не заметили?

Я едва расслышала её слова.

Я пересекла комнату так быстро, что не помню, как принимала решение сойти с места.

Не успев осознать происходящее, я уже повалила её на стол, стискивая её горло рукой. Её пальцы впились в мою руку. Она уставилась на меня широко раскрытыми глазами, и в солнечном свете, сиявшем на её темных, пурпурно-синих радужках, отражался страх, пока она старалась дышать.

— Не трогай его, — произнесла я.

Мой голос прозвучал так холодно, так низко, что я сама едва его узнала.

Она не ответила.

Она не могла ответить, конечно же, потому что мои пальцы сжимали её трахею, но тогда я этого не осознавала.

В ответ на её молчание я тряхнула её за горло, и мой голос почти превратился в рычание.

— Не трогай его, мать твою, — повторила я. — Поняла?