Читаем «Четвёртая стена» (СИ) полностью

— В том-то и дело – ничего. Он не убеждает стать его сосудом, не расписывает все прелести апокалипсиса. Ну да, он жуткий и угрожающий, но он ничего не требует.

— Уж извини, но верится с трудом, — в раздражении бросает Дин.

Сэм вновь разводит руками – беспомощный невинный жест, который при его-то росте едва ли прокатит.

— В основном он роется в моём ноуте, или пытается поговорить о наших приключениях в сети, — негромко и ни разу не обвиняюще говорит Сэм. Оказывается, вслух всё звучит ещё ужасней. Но притворяться, будто ему всё привиделось, дохлый номер, после второго-то раза. После третьего так уж точно. — Но я отказываюсь с ним разговаривать, потому что а) речь большей частью о порнухе и б) это Люцифер.

— Что-то тут не чисто, — Дин ждёт продолжения, как будто не верит, что на этом в самом деле всё.

— Однажды он читал мне порно, — неохотно признаётся Сэм, куда больше волнуясь, что Дин на него зверски зол, чем о том, как бы не сболтнуть лишнего. В конце концов, хуже уже не будет. — Мне кажется, он в какой-то степени заинтересован… как бы странно оно ни было… ну-у… в нас. Я и он.

Злость на лице Дина переходит в чувство куда более сложное.

— Господи, Сэм… — Дин что есть сил пытается сохранить спокойный, не перепуганный вид, — он же не… он не делал ничего такого, что тебе бы не понравилось?

Мда. Будет много хуже.

— Никаких неуместных касаний, — неловко говорит Сэм, но Дина по-прежнему терзают сомнения. — Нет, серьёзно, нам незачем вести этот жутко неловкий девчачий разговор.

Дин безотчётно выдыхает от облегчения. Но тут же возвращается ярость.

— И с чего ты взял, что я не должен обо всём этом знать?

Сэм пытается придумать объяснение получше, чем «я делал вид, что ничего не происходит».

Дин оборачивается к Кастиэлю.

— А ты? Считаешь, ты тут не при чём? Чёрт, Кас, почему ты не рассказал мне?

Кастиэль принимает растерянный, слегка обиженный вид, как будто никак не ожидал стать объектом Диновского жгучего праведного гнева.

— Сэм сказал, что поговорит с тобой, и я поверил ему на слово, — мягко возражает он.

— Ему нельзя верить на слово, все его обещания – чахлые и ненадёжные, — огрызается Дин.

Что, на взгляд Сэма, немного нечестно.

Понятно, учитывая обстоятельства, но всё же нечестно.

— Люцифер не оказывает на него никакого влияния, — добавляет Кастиэль, и Сэм тронут тем, что Кас его защищает; может, не такой уж он и предатель.

Дин недоверчиво фыркает:

— Он ведь ангел, так? Ему не обязательно влиять – достаточно своей обычной хренью заморочить голову.

Похоже, Кастиэль собирается возражать против того, что его записали в категорию «хрени, морочащей голову», и Сэм решительно не хочет лицезреть их спор, поэтому опережает Каса:

— Мне жаль, Дин. Я думал, он наиграется и рано или поздно свалит.

— И как это скажется на тебе?

Сэм с тоскливым видом молчит.

— Демонические знамения стали не столь заметны и менее агрессивны с тех пор, как Сэм начал видеть свои сны, — тихо произносит Кастиэль. — Полагаю, Люцифер отвлёкся.

— На моего брата, — отзывается Дин. — В послужном списке у которого не так чтоб много правильных решений.

Сэм едва удерживается от ремарки: «как и у тебя».

Дин физически излучает болезненную ярость:

— Так, вы двое – даже не пытайтесь со мной заговорить, будете сидеть в мрачной виноватой тишине до тех пор, пока не порешим этого монстра.

~~~

Монстр не слишком заинтересовался идеей собственной кончины. Он мирно прожил в крохотном городке на дне колодца, куда и утаскивал своих жертв на трапезу, последние две сотни лет.

Сэм чуть было и сам не угодил в этот колодец, но ангельская хватка оказалась сильней хватки склизкого колодезного монстра.

Склизкий колодезный монстр рухнул обратно в колодец.

Полминуты спустя за ним проследовала его голова.

~~~

От Сэма несёт тиной, и нечто зелёное и неприглядное, к чему Дин не хочет даже приближаться, длинной полосой стекает у него по щеке.

По правде, Дин не обрадовался мысли пускать его в машину. Но Сэму так чертовски здорово удался трагически-удручённый вид, что отказать было как выкинуть щенка под дождь.

Дин набрасывает второй пиджак на пассажирское сиденье:

— Даже не думай, что я простил тебя за идиотство, — с горечью говорит он, и Сэм, тихо кивнув, проскальзывает в машину.

Что-то капает у него с волос.

Похоже на лягушачью икру.

Дин заводит мотор и только три мили спустя нарушает напряжённое молчание:

— Ну, мы поговорим об этом или нет.

— О чём? — спрашивает Сэм.

— О том, что ты встречаешься с Люцифером.

— Я не встречаюсь с Люцифером! — открещивается Сэм, и уголки его рта ползут вниз, как будто он в ужасе от одной только мысли.

— А как ещё это назвать?

— Как-нибудь так, чтобы оно не предполагало свидания с ним у тебя за спиной, — с нажимом говорит Сэм.

Дин бормочет себе под нос «этому ещё нет доказательств», и Сэм притворяется, что не слышал.

Дин встряхивает головой:

— Думаешь, у Люцифера безобидные мотивы? — спрашивает он у Кастиэля в зеркале.

— Нет. Будет разумно предположить, что нет, — Кастиэль даже не задумывается над ответом. Уж он-то знает, кто тут местный беспредельщик.

— Видишь, даже ангел это признаёт, — подчёркивает Дин.