Читаем Черствое сердце (СИ) полностью

Маг от нас открещивался, как мог. Прятался на балконе. Грозил подруге разводом, если она не угомонит чокнутую ведьму. А потом попытался закрыться в туалете. Но ведьмы существа противные и вредные по своей природе, ну и легко могут растворить чужую дверь, без особых усилий и угрызений совести…

— Эм… ну так ты поможешь? — сконфуженно шаркнула ножкой я, сообразив, что друг не просто так скрылся от нас в таком уединенном месте, как туалет.

Сашка прикрылся газеткой и запустил в нас рулоном бумаги. Вытаращился на меня так злобно, что пришлось дверь вернуть на место.

— О, как удивился! — хихикнула Римка, пнув рулон. — Теперь точно поможет!

— Или отравит! — этот вариант казался более верным.

Саня вышел из комнаты нужд злой до безобразия и присоветовал мне один весьма действенный способ излечиться от любви к вампиру, от головной боли и перхоти заодно. Способ назывался "гильотина"!

— Говорят, даже от жизни помогает, — прокомментировала подруга.

— Если я полезу в твою память, то могу стереть что-то важное! — пояснил неуверенный в своих силах маг.

— Ну и ладно! Раз ты меня не понимаешь, тогда я пойду к тому, кто мне обязательно поможет! — пришла к выводу я и отправилась к женщине, способной разделить мою боль — бабе Яге.

У ее дома, как обычно, толпились люди с бутылями. Я с собой, кроме торта, ничего не брала. Присела на скамейку, очередь заняла и стала ждать. Не прошло и двух минут, как экстрасенс выглянула на порог.

— Ну и где эта стервозина? — окинула пациентов злобным взглядом она, а я потупила глазки, понимая, что это меня ищут.

— Почему же сразу стервозина? — обиделась я.

— Потому, что чую, ты мне душу пришла выматывать! Ну, давай, входи. — Распахнула двери Яга, и провозгласила. — Еще троих приму, остальных — завтра.

По толпе пронесся ропот. Но стоило бабке зыркнуть на них своими жуткими глазищами и люди смолкли.

В доме, она меня толкнула в спину, указывая в сторону кухни.

— Сядь там, и подожди! Только не шуми! — пригрозила сухим пальцем Яга.

Я села в уголочке, за небольшим столиком. Хозяйка принимала пациентов, а мне вести себя тихо и скромно надоело уже через три минуты. Я сделала зарядку, сыграла сама с собой в "Крестики-нолики". Сама себе продула. Потом объявился хорошо знакомый старшина чертей, и перекидывая в волосатых руках картишки поинтересовался:

— Ну че? Резанемся?

— На душу играть не буду! — сразу предупредила я.

— Насмешила! — хмыкнул он. — Я сколько за тобой наблюдаю ни совести, ни души у тебя не замечал. Особенно в последнее время.

— Так на что?

В играх с бесами надо сразу же уточнять ставки, чтоб потом проигрыш не аукнулся.

— А на раздевание! — хихикнул черт.

— И что ты с себя снимать будешь? Хвост, шерсть? Или копыта? А рога накладные? — не удержалась от издевки я.

Он хрюкнул, крутанулся, и в следующий миг продемонстрировал весь демисезонный гардероб — телогрейка, шуба, валенки, две пары штанов, тельняшка, и даже шапка-ушанка. Я таким количеством одежки похвастаться не могла и всерьез начала бояться проиграть. Оглянулась. Стащила с вешалки бабкины платки (3 штуки), фартук напялила, и тапочки обула.

— Ну, понеслась! — обрадовался черт…

Через полтора часа Яга застала на кухне такую картину: ведьма в тельняшке и валенках каталась верхом на черте, одетом в стринги и розовый лиф (не подумайте, не мои). После раздевания была ничья, и мы решили играть под желание. Откуда взялось белье, понятия не имею.

— А тебе идет! — заключила экстрасенс, осмотрев своего рогатого знакомого.

— Думаешь? — скинул меня со спины черт и бросился к зеркалу. Повертелся перед ним, как топ-модель, чмокнул свое отражение и… получил плевок из Зазеркалья — не понравилось потустороннему близнецу щеголять аки баба в розовом белье!

— Да, пожалуй, не мой цвет! — определился черт, стаскивая с себя вещи. — Слышь, Ягулишна, может ты примеришь?

Я думала, бабка его придушит. Но она только заставила его съесть розовое "позорище". Потом поставила чайник, села напротив меня и, как когда-то давно осмотрела с ног до головы взглядом-рентгеном, от которого захотелось спрятаться за бронированной дверью.

— Чего же ты хочешь? — спросила она, тяжело вздохнув.

— Вы итак знаете.

— Знаю, — снова вздохнула Яга. — Поиздеваться ты над собой хочешь. Есть у меня одно зелье. Заглушит боль и память. Забудешь ты о нем. Но вот не знаю, как это отразится на вашей связи. Потому что люди с клеймом Судьбы, связаны душами. А вдруг покалечу? Я ведь не имею права вмешиваться в задуманное Им! — и она намекнула на потолок.

— Но я не смогу нормально жить с этой памятью, — заговорила я, надеясь на ее помощь. — Он больше не появится. Я к нему не поеду и, встречи искать не буду. Ведь нет смысла гоняться за тем, кому ты не нужен.

Яга поднялась. Выключила чайник, насыпала какой-то травы в кружку и залила ее кипятком. Поставила передо мной и грозно заявила:

— Обратной дороги нет! Делай свой выбор!

— Ожидание и боль одиночества, тоска, мука, — взвесила на одной выдуманной чаше весов я. — И возможное будущее, светлое, в котором меня любят… Что же выбрать?