Читаем Черный Оракул полностью

На протяжении длительного времени ничего примечательного не происходило. Ближе к вечеру, когда солнце уже садилось за горизонт я вновь услышал топот копыт. Но теперь это был довольно большой отряд, состоящий из не менее пятидесяти всадниц, но то, что я увидел далее, меня повергло в шок. Одна из последних наездниц тащила за собой на веревке молодую девушку, которая еле перебирая ногами, бежала за лошадью и ее разбитые в кровь ступни оставляли красные пятна на земле. Вся эта процессия проскакала прямо подо мной и подъехала к воротам. Ворота медленно открылись, пропустив приехавших, и так же закрылись за ними. Теперь я не жалел, что сразу не подошел к воротам. Неизвестно, что за люди там живут. И не известно какие же там мужчины, если у них такие женщины. Что же делать? Попытаться обойти это место или рискнуть и сдаться на милость здешних хозяев. Во всяком случае, сидеть на дереве не было смысла и я тихонько спустился. Сейчас уже было почти темно и у меня был шанс остаться незамеченным. Я подобрался еще ближе к стене и присел за невысоким кустом. У меня не было никакого плана, но и оставаться одному ночью в неизвестной стране, было страшновато. Скоро на небе появились звезды, в траве пели сверчки, а я удобно улегся под кустом и наблюдал за стражницами на башне. Внезапно за своей спиной я услышал тихие шаги. Не успел я обернуться, как кто-то зажал мне рукой рот и потащил по земле в направлении леса. Я пытался сопротивляться, но меня держало несколько рук и у меня ничего не выходило. Меня протащили по лесу довольно далеко и наконец бросили под каким-то деревом, привязав к нему веревкой. Через несколько секунд появился человек с факелом и поднес его к моему лицу. На меня смотрел высокий бородатый мужчина, похожий на какого-нибудь крестьянина, но с тяжелой дубиной в руке. Суровое выражение его лица, при моем осмотре, постепенно менялось на недоуменное и он что-то сказав своим спутникам, скрылся в темноте. Меня развязали, но запястья обмотали кожаным ремнем, ограничив мою свободу. Подталкиваемый в спину, я был вынужден идти за ними. Кто эти люди? И куда меня ведут? Об этом оставалось только догадываться.

После долгого хождения по ночному лесу, меня наконец привели к какой-то реке, на берегу которой стояло множество домиков, между которых ходили люди и не обращали на наше появление никакого внимания. Кое-где горели костры и на вертелах жарилось мясо. Лошадей я не заметил, зато к берегу были привязаны лодки, а на длинных палках были развешаны сети для ловли рыбы. Я как-будто попал в средневековую деревню, где живут рыбаки и охотники. Меня затолкали в какой-то сарай, пропахший рыбой и в котором было абсолютно темно. Передвигаясь по сараю, я споткнулся обо что-то длинное и свалился на пол. Почему мне не развязали руки? Возможно, за мной скоро придут? В стене помещения было вырезано крохотное окошко и я, встав на носки, выглянул наружу. Обзор у меня был ограничен, но по тому, как люди двигались я понял, что они не похожи на воинственное племя. Оружием с натяжкой можно было назвать длинные деревянные рогатины, стоящие возле каждого домика и дубины, которые были у некоторых мужчин. С таким оружием воевать было проблематично. Здесь, в отличие от военной крепости, были и мужчины и женщины. Детей видно не было, наверное они сейчас спали. У меня было твердое чувство, что эти люди неопасны. Уж очень мирный образ жизни они вели. Скорее, это меня они опасаются. Ничего плохого мне пока не сделали, если не считать бесцеремонного способа, когда мне зажали рот рукой. Эти люди боялись, что я закричу. Выходит, они не хотели быть замеченными этими всадницами. И не убили меня до сих пор. Значит, насилие им не по душе. Оставалось только ждать, пока обо мне вспомнят и немного прояснят ситуацию. Сейчас лучшим решением было усесться поудобнее и поспать. Я нащупал угол сарая и, усевшись спиной к стене, закрыл глаза.