— Нет, нет, нет! А, ну, очнись! — Я опускаюсь на колени и трясу её. Меня охватывает паника.

Девушку трясет, ее черные ботинки оставляют на булыжнике черные царапины. Дерьмо! Вот почему я не беру клиентов на лекарствах. Никогда нельзя сказать, как Дурман повлияет на них. Я стаскиваю с себя куртку и кладу ей под голову.

Караульный танк катится по мосту, я закрываю глаза и жду, когда он пройдет. Хотя война официально закончилась, от этого звука у меня все еще бегают мурашки. Где бы они ни были, за ними всегда следовала Смерть. От войны у меня осталась пара царапин. В те дни тот факт, что я был полноправным гражданином и получеловеком, для них не имел значения. Если ты не был человеком на сто процентов, ты был врагом. Каждый день — это борьба за выживание. С тех пор не стало лучше, я все еще оставался врагом в глазах большинства людей. Во мне они видели лишь Дарклинга. Танк повернул к Унылой улице по направлению к штаб-квартире Эмиссара.

Девушка стонет. Здесь слишком опасно, я должен уходить. Я мог бы просто оставить ее… Нет, это не вариант, но я не могу взять ее в больницу. У меня может возникнуть много проблем.

Жук!

Я смотрю вниз на канал. В ста футах пришвартовалась желтая баржа. Огни не горят. Где он? Он должен был быть моим ведомым; именно поэтому, в первую очередь, я пришел на этот мост. Это может обернуться очень плохо…

Грудь взрывается болью, я кладу руку на свое безжизненное сердце. Чувствую, что кто-то стоит у меня за спиной и оборачиваюсь.

Девушка стоит в проходе, освещаемая фарами проезжающего грузовика. В мимолетном свете я успеваю заметить ярко-голубые глаза, мечущиеся между мной и девчонкой, корчившейся на полу.

Наконец, её взгляд фиксируется на мне.

Я падаю на спину, ударяюсь, когда боль снова отдается в моей груди.

По моему телу бегут мурашки, стремясь лишь к одной точке в груди. Вспышка электрического разряда, а потом:

Взрыв.

Натали

— Я ничего не видела, ладно? Я не ищу неприятностей, — выпалила я. Страх пронизывает до костей.

Молодой человек сжимает грудь, словно ему больно. Он смотрит на меня сверкающими черными глазами. Мое сердце спотыкается и начинает биться чаще, чтобы догнать ускользающий ритм. Он моргает, трясет головой, словно пытается вспомнить, где находится. В это время у меня кружится голова, как будто я откуда-то знаю его. Но откуда? Даже в таком паническом состоянии мой мозг соображает, что мы не могли встречаться с ним раньше. Я уверена, черт побери, я бы его запомнила. Мне не нужно видеть его клыки, чтобы понять: волосы, как черный огонь и сверкающие глаза. Это единственное доказательство, что было мне необходимо. Полукровка-Дарклинг.

Я должна была уже за это время убежать на милю — все инстинкты кричали об этом, но ноги приросли к земле, тело парализовало, в, то время как ко мне возвращались воспоминания, которые я упорно подавляла в течение года: пара белых клыков, измученное лицо моего отца, растекшаяся по потолку кровь.

Опьяненная наркотиком девушка рядом с ним застонала, ее темные волосы рассыпались, открывая лицо. Она была похожа на мою сестру Полли.

— Помогите мне, — шепчет она.

Я в замешательстве, не знаю, как поступить. Что если бы она была моей сестрой? Разве я бы оставила её здесь с ним Полли?

Я принимаю решение, когда по дороге у меня над головой проезжает караульный грузовик и глушит двигатель. Я ныряю под мост и прижимаюсь к покрытой плесенью стене, приложив палец к губам. Мгновение спустя, дверь открывается и раздается эхо шагов, ступающих по дороге над нашими головами. Парень-Дарклинг весь напрягается и смотрит туда, откуда идет звук.

— Уверен, что видел её, — раздался голос над нами. Себастьян.

На какое-то мгновение воцарилась тишина. Я закрыла глаза и начала молиться, чтобы он ушел.

Какой-то другой мужчина фыркнул.

- Вечно она ввязывается в неприятности. Она того не стоит. — Судя по грубости голоса, это был Курт, один из лидеров военных отрядов Себастьяна.

— Советую тебе держать свой язык за зубами — если не хочешь, чтобы я его отрезал, — отвечает Себастьян.

— Прости, командир, — тут же спохватывается Курт. — Я не хотел проявлять неуважение.

— Давай попытаем удачу на Унылой улице, — предлагает Себастьян.

Я слышу, как шаги удаляются, и вздыхаю с облегчением, как и полкровка- Дарклинг. Мы сверлим друг друга глазами в течение нескольких секунд. Не думаю, что он собирается напасть на меня, когда в непосредственной близости находятся Ищейки. У него схожая кровь, не то, что как у безмозглых Разъяренных, поэтому он понимает, чем рискует, если попытается напасть. От этой мысли стало чуть легче.

— Спасибо, — говорю я ему.

— Не бери в голову, блондиночка. Любой враг Стражей — мой друг, — растягивая слова, говорит он.

Меня охватывает незнакомое ощущение, когда я делаю шаг к нему. Я замираю. Это странно. Делаю еще один шаг. И вот снова оно же, определенно меня будто тянет к нему, заставляя подойти поближе, несмотря на внутренний голос, который говорит, чтобы я держалась на расстоянии.

Я опускаюсь на колени рядом с ним и Одурманенной девушкой, моя черная тюлевая юбка веером окружает меня.