Читаем Черный Дождь полностью

— Мне бы хотелось, чтобы ты позволила себя поцеловать, — сказал он, скользя вверх-вниз по моей мокрой щелочке. Я не ответила на замечание по поводу поцелуя. Я не могла говорить и дышать одновременно. Моя рука импульсивно легла на обнаженную грудь Блейка. Наши взгляды встретились, и он вошел в меня. Он остановился, когда я надавила на его грудь. Как только я расслабила руку, он спокойно толкнулся в меня. Так происходило четыре раза, пока я не почувствовала, что он вошел в меня на всю длину. Мои губы раскрылись, и я охнула, но все было не так плохо, как я себе представляла. По правде говоря, было совсем не больно. Через пару минут я вообще ничего не чувствовала, то есть, мне было хорошо, особенно, когда его пах встречался с моим клитором.

— Ты красивая, — прошептал он. Я отвела взгляд. Я не была красавицей. Мудак. Неужели девушки действительно ведутся на такую чушь? Как много «Я тебя люблю» впервые произносится, когда парень толкается в девушку? Я проигнорировала комментарий о моей красоте и сосредоточилась на ощущениях между ног. Как долго это занимает? Я как-то читала, что у мужчин это может длиться от трех до семи минут. Светящиеся монохромные часы, встроенные в черно-белое изображение города, говорили мне, что это ложь. Четырнадцать минут с того момента, как моя рука прикоснулась к его сильной груди, до того момента, когда выражение его лица изменилось.

Только в последние тридцать секунд его медленный соблазнительный темп ускорился. На его шее проступили вены, и он поджал губы, издав что-то наподобие сексуального стона помимо других звуков. Его бедра быстро толкались в меня и обратно, а потом – бац. Он застыл во мне. Он закатил глаза, а потом закрыл их, когда его бедра дернулись в приятном освобождении.

Я убрала руку с его груди, когда поняла, что все закончилось, и неловко посмотрела на часы снова.

— Можно мне теперь идти? — спросила я, нарушив молчание, пока он просто пристально смотрел на меня сверху-вниз. Мне это не нравилось. Мне не нравилась эта близость, и я вообще не поняла всю эту ерунду про секс. То есть, это было неплохо, я просто не поняла, что тут такого особенного, или почему он хотел платить мне за это. Мне это казалось глупым.