Читаем Черные начала. Том 6 полностью

— Уже вышли? — пробормотала она. — Блин, мы уже вышли…

— Ещё вчера вечером. Скажу так, ты много не потеряла.

— Да просто этот говнюк меня опоил, что я прямо в мусор превратилась.

— Да я уже заметил, — хмыкнул я. — Ты как?

— Будто говна нажралась, — ответила Цурико, огляделась и, заметив речушку рядом, начала медленно раздеваться, не стесняясь меня, после чего покачиваясь отправилась к воде. — Какой ужас…

— Ну ты вчера знатно, конечно, упилась. Я даже слегка удивился.

— Ой, заткнись блин. Это всё Гой виноват… — медленно она села в реку, но с таким стоном, будто жопкой на кол насаживалась. — Как мне хреново…

— Что, прям совсем?

— Голова, тело… да всё, блин… Сейчас сдохну… Я там глупостей не говорила?

— Нет, только ссала везде и просила подтянуть тебе штаны. А ещё…

— Я поняла, заткнись, — припросила она жалобно.

— …говорила некоторым, что сосёшь только мне, — закончил я с усмешкой.

— Мля-я-я… — её голос был как у раненой газели. — Сделай вид, что не слышал этого…

— Слышал и запомнил.

Она злобно и беспомощно посмотрела на меня, после чего отмахнулась.

— Да и плевать. Да, я сосу только тебе, так как я не шлюха. Можешь хоть на жопе у себя мои слова выбить, чтобы не забывать.

— Не, спасибо.

Пока Цурико отходила в холодной воде, я осторожно разведал местность.

Джунгли здесь не сильно отличались от джунглей в остальных районах лесов Шаммо. Менялся разве что рельеф, когда всё остальное оставалось тем же самым. Густая трава, вездесущие лианы, папоротник и кустарник, через которые местами надо было прорубаться, высокие стволы деревьев и кроны, через которые было не видно неба.

Как только Цурико немного отмокла и пришла в себя, мы начали собираться.

— Сейчас в деревню, посмотрим, прошла ли напасть с этими бабуинами, — поморщилась Цурико.

— Если нет?

— Тогда пусть идут в задницу и сами разбираются со своими проблемами, — отмахнулась она.

— Ты и раньше могла это сделать, — заметил я. — Учитывая их отношение к тебе.

Она ничего не ответила, не знала, что сказать на это. Просто отвернулась и помогла закинуть вещи в бездонную сумку, после чего я протянул ей амулет.

— Гой отдал, чтобы мы меньше пешком ходили.

— Слишком благородно, — прищурилась она недоверчиво, — учитывая, что он обезьяна.

— Да ладно, душка же.

— Ага, то-то он тебя бесил так, что ты иногда был готов сам его поколотить, — хмыкнула она. — Ладно, иди сюда, пора выдвигаться.

Она обхватила меня под мышки, и взмыла через кроны деревьев, устремившись в сторону деревни. Я же бросил взгляд на непримечательную гору, даже, я бы сказал, очень крутой холм, который вроде как был покрыт джунглями и не сильно отличался от остальных холмов. А ведь действительно, так сразу и не поймёшь, что здесь есть город.

— Далеко мы отошли от выхода? — спросила Цурико.

— А что?

— Хочу взглянуть сверху на город обезьян.

— Вряд ли ты его разглядишь, но он вон там, — указал я пальцем ей за спину.

Цурико зависла в воздух, обернувшись.

— Где, там?

— Перед тобой, — улыбнулся я. — Правда ты его не видишь.

Она внимательно окинула взглядом окрестности, и даже не остановила взгляд на холме, под которым находился город обезьян, настолько тот был хорошо замаскирован.

— Не вижу.

— И не увидишь. Забавно, но даже примерно представляя, где он, я тоже не вижу даже намёка на город. И, честно говоря, теперь я даже не уверен, что он вообще именно здесь находится.

— Можно попробовать найти его по тем речкам на мостах, — скорее для себя тихо произнесла Цурико.

— Только надо найти сами речки, которые запрятаны в кронах деревьев и которые не найти с воздуха, — кивнул я. — И тебе что, так не терпится вернуться обратно?

— Ой, а тебе будто не интересно, где он точно находится, — довольно ответила она.

— Не-а, не интересно.

— Пф-ф-ф… — только и был её ответ.

До деревни действительно было лететь два дня. За это время ничего интересного так и не произошло. Бесконечные джунгли тянулись беспросветно до самого горизонта, словно махровое полотенце, разве что иногда нарушаемые слишком высокими горами или широкими речками. Даже взгляду не за что было зацепиться.

Ночёвка тоже прошла без происшествий так что к вечеру следующего дня мы были уже около деревни. Не стали заходить, решив дождаться уже утра и с первыми лучами солнца нагрянуть к старосте. Но что я заметил сразу, так это…

— Не видно, чтобы их всех растащили. Всё аккуратно, ухожено. Думаю, за эти восемь месяцев тут бы всё поросло или выглядело бы заброшенным, будь у них реальные проблемы с обезьянами.

— Да, не видно, — согласилась Цурико. — Пойдёшь со мной, понял?

— Да я могу и сам сходить, если что.

— Нет, если их перестали доставать бабуины, они должны закрыть контракт росписью кровью.

— Ну как знаешь…

Мы дождались, пока деревня оживёт.

Не было видно, что они живут под давлением невзгод. Не знаю, как объяснить, но когда у людей всё плохо или над ними нависла опасность, это сразу видно. Все будто на иголках, лишний раз оглядываются за спину и ведут себя так, будто жизнь потеряла смысл.