Читаем Черное братство полностью

И тут вдруг появилась Катя.

— Она пережидала дождь во дворе нашего дома, — рассказывала Ирина.

— Сидела на старом обшарпанном чемодане под березкой, уронив голову в ладони.

И, когда дождь кончился, она только отняла от лица руки. Но с места не тронулась. Я поняла, что девушке просто некуда идти. И тут у меня возникла мысль…

Я тяжело вздохнула. Дальше Ирина могла бы не рассказывать. Общая канва вырисовывалась довольно отчетливо. Дело теперь было только за подробностями.

А они были на редкость неутешительными.

— Я привела девушку к себе, — продолжала Ирина. — Она была похожа на потерявшегося котенка — такая жалкая, намокшие волосы слиплись, дешевая косметика превратила ее лицо в палитру начинающего художника…

Ирина задумалась, сцепив пальцы замком возле подбородка, словно восстанавливая в своей памяти подробности их первой встречи.

— Хороший коньяк и спокойная обстановка сделали свое дело, — констатировала она. — Катя рассказала мне, что ее выгнал человек, с которым она состояла в переписке. Знаете все эти объявления в газетах? Что-нибудь вроде «человек мечтает создать семью». И в конце адрес из букв и цифр. Учреждение такое-то…

Я, разумеется, встречала такие объявления. И мне всегда казалось, что в зоне любое письмо — праздник. Тем более от девушки. Не с этой ли целью заключенные помещают в газетах подобные объявления?

Впрочем, кто знает, может быть, у кого-то действительно потом все складывалось хорошо…

Но девушка Катя явно не принадлежала к категории счастливчиков.

— В общем, освободившись, ее корреспондент… как же его звали… — Ирина нахмурила лоб, — ах да, Болт! Болтунов Александр Никифорович на время приютил Катю, приехавшую к нему из деревни, а потом дал от ворот поворот. Или она сама ушла? Сейчас и не упомнишь.

— Как давно это было? — тихо спросила я.

— Четыре года назад, — ответила Ирина не задумываясь. — А девушка была очень даже ничего, только слегка наивная, что иногда само по себе неплохо.

— Особенно для практичного человека, каким ВЫ, без сомнения, являетесь, — добавила я.

Ирина не уловила иронии в моем голосе и только качнула головой в знак согласия.

— Разумеется. Я предложила ей переночевать у нас — Андрей тогда был в отъезде, — и, когда Катя заснула, тут же принялась накручивать телефон. К утру, после плотного завтрака и хорошего кофе, я помахала ключиком от однокомнатной квартиры перед носом гостьи. «Поживешь немного, пока не пристроишься куда-нибудь. А о деньгах можешь не беспокоиться». И я вручила ей сто, кажется, долларов.

— И она взяла? — удивилась я.

— Конечно, — подтвердила Ирина. — Ведь я предложила ей работу.

Сортировка корреспонденции на дому. Не бей лежащего, короче. Катя была просто счастлива и готова молиться на нас.

— На вас? — уточнила я.

— Ну да, — Ирина снова кивнула. — Ей часто приходилось бывать у нас, чтобы проконсультироваться по тому или иному письму. И работала она преимущественно с Андреем, ведь он ведал нашей почтой. Бывал он и у нее, забирал обработанную корреспонденцию и приносил новую партию. По выходным Катя посещала нас уже как гостья, мы вместе обедали, иногда выезжали за город на дачу — Андрей недавно выстроил коттедж в Березовке.

— И вот, в один прекрасный день… — печально вздохнула я.

— Вы очень догадливы, — похвалила меня Ирина. — Выбрав удобный момент, я напрямик сказала Кате, чего я от нее на самом деле хочу. Сначала она долго не могла взять в толк, как же это такое возможно, а потом пришла в ужас и наотрез отказалась.

Ирина попросила еще кофе, и я сбегала на кухню.

Пока кофейная турка с широким горлом грелась на плите, я успела в четыре затяжки выкурить сигарету и прикинуть, стоит ли браться за это дело.

Честно говоря, очень не хотелось.

Так и не приняв окончательного решения, я вернулась в гостиную.

— Я подождала два дня и потом сказала Кате, что наша фирма перепрофилируется и мы больше не нуждаемся в ее услугах. А квартиру придется освободить под офис.

Ирина усмехнулась, отставляя пустую чашечку:

— Катя была растеряна, просто не знала, что делать. Перспектива разом потерять все, что она с такой легкостью приобрела, ужаснула ее. И когда я намекнула, что можно кое-что придумать, если она согласится на мое предложение, девушка наконец сдалась.

— А куда же ей было деваться, — поддакнула я, пригубливая свой кофе.

— Вот именно, — в голосе Ирины появились торжествующие нотки. — Мы четко договорились обо всем. Катя продолжает работать в течение девяти месяцев.

После того как… ну, вы понимаете… мы выплачиваем ей крупную сумму денег, и она уезжает. Навсегда.

— И во сколько же вы оценили ребенка? — спросила я.

— Речь шла об услуге, а не о ребенке. В конце концов, никто не заставлял ее соглашаться. У Катерины был выбор. Но десять тысяч долларов решили дело.

— А ваш супруг… Как он отнесся к вашему предложению? Я ведь правильно поняла, что это была именно ваша идея — предложить ему провести ночь с Катей? Или одной ночью дело не ограничилось?