Читаем Чернильный обмен полностью

Кинан сделал резкий жест рукой, и несколько рябинников, которые сейчас внешне ничем не отличались от юных бандитов, гуляющих по темным переулкам города, подошли ближе. Они прислонились к ближайшей стене и угрожающие смотрели на Ириала. Это было очаровательное шоу — они стояли в таких позах, как будто кто-либо из Летних фейри мог одолеть Темного. Не говоря больше ни слова, Кинан растворился в промокшей толпе на танцполе.

Ириал улыбнулся юной Летней Королеве:

— Теперь, когда он ушел, давай-ка познакомимся поближе.

Эйслинн послала ему улыбку, в которой было что-то среднее между невинностью смертных и хитростью фейри.

Она могла бы мне понравиться. Она была более многообещающим противником, чем Кинан.

— Ты не должен испытывать терпение Кинана. Я не знаю, что за тайны у вас двоих, но теперь это мой Двор. Твои подколки ни к чему хорошему не приведут. — Она даже не пыталась сдержать жар в голосе, но в отличие от того, что сделал Летний Король, ее чувства не были направленным ударом. Даже лучше — летняя обжигающая жара, которая давила на Ириала, заставляла его тяжело сглатывать, ощущая песок на языке.

Восхитительно! Он выпил ее терпкий порыв, который оставил приятное послевкусие.

— Тайны? Кинана заставили томиться в ожидании сил — сил, которые я отнял у него по воле Зимнего Двора. У нас с ним есть прошлое… Не такое значительное, как с Ниаллом, заметь, но у этого мальчишки есть кое-какие проблемы, связанные с бессилием, там, где дело касается меня.

— Я знаю, что представляет собой твой Двор. И мне известно, каков ты сам. Ты в ответе за все то зло…

— Зло? — Ириал рассмеялся, и его смех воплотил в себе всю природу Темных фейри до последней капли.

Летняя Королева затаила дыхание. Ее лицо вспыхнуло, и волны ярости, исходящие от нее, обожгли кожу Ириала до волдырей.

— Никакого зла нет, дитя, и я бы предпочел, чтобы ты не нападала на меня таким образом. — Ириал наклонился ближе и наблюдал за ее лицом, пока она пыталась взять себя руки. — Потому что, как бы ни нравилась мне твоя реакция, для тебя же лучше, чтобы я не интересовался тобой в этом смысле.

— Если Кинан услышит…

— Скажи ему. Дай ему лишний повод атаковать меня. — Ириал облизнул губы, словно песок действительно был на них, а не просто ощущался в воздухе, как тонкий аромат.

Она сменила тему:

— Зачем тебе провоцировать проблемы между ним и Ниаллом?

— Такова моя суть. — Ириал не видел причин лгать ей. — Я знаю, что такое вызывать зависимость. Это одна из черт моего Двора. Ниалл не принадлежит Двору Кинана, ни сейчас, ни когда бы то ни было. Кинан обращался с ним гораздо хуже, чем ты можешь предположить.

Спокойная улыбка Эйслинн не дрогнула, но в ее глазах показались крошечные солнечные искры:

— А тебе-то какая разница?

Он откинулся на спинку стула и вытянул в проходе между столиками ноги, пытаясь найти как можно больше комфорта в толпе резвящихся смертных.

— Ты поверишь, что мне не безразлична судьба Ниалла?

— Нет.

— Фейри не лгут.

— Не в открытую, — парировала она.

— Что ж, — пожал плечами Ириал, — если ты не веришь этому, что я могу сказать? Мне нравится провоцировать мальчишку-короля. — Он протянул руку, чтобы коснуться ее руки. В отличие от многих фейри, она могла бы успеть избежать его прикосновения — солнечный свет может передвигаться так же быстро, как и тени, — но не стала этого делать. Вот Кинан бы сделал.

Иметь дело с королевами намного приятнее, чем с королями.

На Ириала нахлынула волна горячей летней истомы, теплого бриза и какого-то странного сладкого вкуса, которым вдруг пропитался влажный воздух. Это было прекрасно! Он держал ее за руку и знал, что она так же отчетливо ощущает сущность его Двора, как он — ее, видел, как трепещет ее пульс, словно пойманная в клетку птица, у которой отняли волю.

Она покраснела и убрала руку.

— Соблазнить не то же самое, что вызвать симпатию и интерес. Я постоянно сталкиваюсь с соблазном перед своим королем, каждый день, каждую секунду… Но я не испытываю желания заняться сексом ради пустого удовольствия. И даже если бы это было так, тебя бы я для этого не выбрала.

— Даже не знаю, кому я должен завидовать больше — царьку или твоей смертной игрушке, — проговорил Ириал.

Искры осветили клуб, когда ее самообладание, наконец, дрогнуло. Но даже несмотря на это она не была такой же темпераментной, как Кинан.

— Сет не игрушка. — Она смерила его ясным оценивающим взглядом, чего никогда не мог сделать Кинан. — Так же, как Лесли не игрушка для тебя. Или это не так?

— Кинан никогда не поймет этого. Забирая смертных, он забирает их смертность.

— А ты?

— Мне нравится Лесли такая, как есть. Вместе с ее смертностью. — Он вытащил сигарету и постучал ею по столу. — Однако эту тайну я тебе не открою. Так же как я не расскажу тебе о секретах Кинана или Ниалла.

— Почему бы просто не оставить Лесли в покое?

Ириал посмотрел на нее и не к месту подумал о том, подожжет ли она его сигарету. Майек — предыдущий Летний Король — находил любопытное развлечение в том, чтобы поджигать разные вещи. Ириал почему-то сомневался, что Эйслинн последует примеру Майека, поэтому вытащил зажигалку.